И теперь может либо уничтожить, либо…
— Я благословляю вас, Альма. — Либо наконец-то перестать сопротивляться тому, чего не миновать. — Теперь сами.
Эпилог
Альма сидела на поваленном дереве, водя подушечками пальцев по высоким травинкам. Они приятно щекотали, оставляя на коже влажные дорожки.
Ей стоило бы бояться. Наверное, можно даже заплакать, но на душе было так спокойно, что не получилось сделать ни первое: ни второе.
Втянув в себя пряный воздух: девушка закрыла глаза, кутаясь в шаль. Как ей было хорошо сейчас.
Одной, в лесу, чувствуя его сырость, насыщенность запахами и звуками.
Откинув голову, Альма посмотрела в небо — чистое, ясное, голубое небо без единого облачка.
Когда где-то сбоку послышался шелест листьев, она подумала, что это очередной лесной гость. За проведенные здесь часы таких гостей было уже много: зайцы, ежики, птички. Казалось, они по очереди прохаживают по поляне, с любопытством изучая гостью.
— Привет, — только зайцы ведь не знают человеческий язык. И поздороваться не могут.
— Здравствуйте, — повернув голову в сторону звука, Альма улыбнулась.
На поляну вышел мужчина. Молодой, красивый лорд. Лорд… Откуда она знает, кто такие лорды? Ответа у нее не было. Просто знает. Он был хорошо одет, на ногах — высокие сапоги, в них заправлены замшевые штаны, на плечах — накидка, которую он почему-то расстегивает, кладет на руку.
— Ты заблудилась? — а потом подходит, опускает эту самую накидку на девичьи плечи, на долю секунды его лицо оказывается слишком близко к ней, а потом он опускается в траву у ее ног, скользя взглядом своих серых глаз по ее губам, скулам, лбу, вновь губам.
— Не знаю, милорд.
— Как это, не знаешь? — мужчина нежно перехватывает до сих пор водящую по травинкам ладошку своей рукой, подносит к губам, обдавая горячим дыханием. Так действительно намного лучше. Она и не подозревала, что так замерзла.
И отвечать правду ему было совсем не страшно. Смотря в теплые серые глаза, почему-то ничего было уже не страшно.
— Не знаю, как тут оказалась, милорд. Ничего не помню. Только свое имя.
— Наверняка имя очень красивое.
— Альма, — девушка пожала плечами. О красоте собственного имени она почему-то подумать не успела. Проведенное на опушке время вообще потратила как-то бездарно. Сидела, смотрела по сторонам, дышала, ждала… Чего?
— Очень красивое, Альма. Безумно красивое.
— А ваше? — девушка то и дело чувствовала, как ладошки касается уже не только дыхание, но и губы.
