Все отправлялись в предназначенную для этой цели аэропортовскую гостиницу, где мужская часть пассажиров принималась отмечать благополучное преодоление половины маршрута. Наутро следы этого отмечания можно было наблюдать не только на лицах, но и в салоне самолета после первой же болтанки. В последний наш полет вместе с папой из Владивостока в Москву я впервые увидал в иркутском аэропорту самолет Ту-104, который только начал летать из Москвы в Пекин с посадкой в Иркутске. Вид его меня страшно удивил, и я громко сообщил папе, что это же в точности наш воздвиженский Ту-16, только с иллюминаторами.
Ох и досталось же мне — ведь это считалось Военной Тайной.
Но большую часть наших путешествий мы совершали поездом. Обычно ездили курьерским через Москву, хотя одно время курсировал и прямой поезд Ленинград — Владивосток. Но он был пассажирским и шел на целые сутки дольше. Кроме того, и маме и — понятное дело — мне нравилась пересадка в Москве. За эти годы мы основательно изучили московские магазины, побывали во многих музеях, а пару раз даже ухитрились сходить на дневные спектакли в Большом и в Театре оперетты.
У мамы была в Москве подруга, жившая на Пресне, у трамвайной остановки «Новые дома». Несколько раз мы останавливались у нее на ночь, а дальше ехали уже на следующий день. Один раз вот так приезжаем — а никого нету дома. Позвонили в дверь соседям, те говорят, что Рита вчера куда-то уехала с чемоданом на такси — наверное, в отпуск. Потом выяснилось, что действительно уехала в Крым по «горящей» путевке и нам телеграмму об этом отправила, только мы не успели ее получить.
Стоим мы на лестнице в раздумье, билеты-то на владивостокский поезд у нас только на завтра… Соседи предложили у них переночевать, но маме эта идея не понравилась, и мы решили ехать на Ярославский вокзал. Приехали и сразу к коменданту, у которого мы за предыдущие годы уже стали, можно сказать, завсегдатаями. Да еще и сувениры мы ему несколько раз привозили: рыбу кету и кедровые орехи прямо в шишках.
Комендант предложил либо билеты перекомпостировать на сегодняшний поезд, либо устроить нас на ночь в гостиницу. «В гостиницу!» — стал я горячо шептать маме, и этот вариант она и выбрала — но только если недалеко от вокзала."
"Оказалось не то что недалеко, а совсем рядом — гостиница «Ленинградская», сразу за эстакадой на Комсомольской площади. Даже ехать туда не пришлось, наши чемодан и сумку помог отнести очередной солдат из вокзальной комендатуры.
