– Здесь закончишь и иди в большой гостиной уберись, – говорит Богдан и, наконец, уходит. Ура!
Какой же огромный у Суворова дачный дом. Тут не на три дня, а на неделю минимум работы. В гостиной прямо совсем брутально. Мощный камин во всю стену, монументальные кресла, потолок где-то высоко-высоко. Окна большие. Грязные. Надеюсь, камин мне чистить не придется?
Богдан приходит, когда я уже вовсю навожу чистоту. Принес еды, напитки, сел за массивный деревянный стол, сразу запахи пошли вкусные. Кажется, пицца. М-м, и курочка.
Суворов сидит, ест и пьет, с видом ценителя прекрасного наблюдает за мной. Мне поесть не предлагает. А я с утра ничего не ела, и времени уже много прошло. У меня там бутерброд есть в сумке, но больше я и не подумала взять еды. А ведь три дня тут предстоит провести. Питание в договор не входило. Может, до магазина сбегаю в обеденный час. Только где тут магазин искать?
От мысли, как добраться хотя бы до бутерброда, замедлилась, и Богдан это сразу заметил.
– Эй, работай давай, не отлынивай.
Твой рабочий день только начался. Я слежу за качеством уборки. Халтуришь.
Эксплуататор.
– Я кушать хочу.
– Уберешь гостиную всю и иди.
Оглядела еще раз огромную гостиную, которая по размеру как три моих квартиры. Садист. Тиран.
– Это долго.
– Называй меня эти три дня господин или хотя бы мастер и садись тогда за стол сейчас.
А вот сейчас у меня слов приличных нет. Бросила швабру.
– Да пошел…
Не договорила – фразу оборвал громкий сигнал автомобиля. Один, второй, третий.
Четвертый без остановки гудит. Кто-то приехал.
– Да пошли бы, открыли, что ли, чего сидите? – говорю я, взяв себя в руки. Хотела же не вестись на провокации. Вот и не буду.
Сам Богдан на меня уже не обращает внимания. Стремительно поднимается и идет к выходу. Я за ним, мне интересно.
– Как думаете, кто там? – спрашиваю с любопытством.
– Кто бы ни был, сейчас домой поедет, – мрачно отвечает Богдан.
– Ой, а вдруг это ваша жена. Как-то узнала, что вы тут, и решила сюрприз сделать.
А? – в моем голосе столько яда, что можно отравиться.
– Вряд ли.
Богдан выходит во двор, открывает калитку, потому что у него такой забор высокий сплошной, что иначе ничего не увидишь.
– Ты смотри-ка. Приехал, – пробормотал Богдан, выглянув.
Я уже не удержалась, протиснулась тоже посмотреть, кто там. Знакомая машина, из которой выбирается…
– Ше-еф! – заорала я радостно на всю округу.
Меня уже было не удержать. Кинулась к Марку, повисла у него на шее.
