– Совсем ни капли?
– Ну, когда он не ведет себя как свин, еще терпимо, и, наверное, можно найти в нем что-то хорошее, а так нет. Бесит жутко.
– Я говорил тебе правду о том, что раньше он вел себя совершенно иначе. Я думал, это может быть из-за того, что у него нелады в отношениях с Юлей, но сейчас понимаю, что дело в чем-то другом.
– Подожди, это ты сейчас еще и пытаешься оправдать Богдана? Да он беспринципная… не буду говорить, кто, только потому что он твой брат.
– Нет, не пытаюсь, но хотелось бы понять, что же его гложет, отравляет жизнь и портит характер, – с улыбкой ответил Марк.
– А так, конечно, нет ему прощения за подобное.
– Встретишься с ним в спортзале и поговоришь? – предположила я, вспомнив лица братьев на следующий день после посиделок у родителей.
– Я думаю, в этом нет смысла. Не помогает.
Вообще, не хотелось бы, чтобы они ссорились из-за меня. Я понимаю, что самом деле и не из-за меня, просто Богдан сам по себе гад, но все равно ведь в итоге я могу оказаться крайней.
– Что тогда?
– Я думаю, что надо ограничить с ним общение.
– Вы ведь вместе работаете.
Взгляд Марка стал пристальным.
– Возможно, придется сменить работу.
– Ого.
– Но не сразу.
– Если это из-за меня, то, может, не надо?
– Нет, не из-за тебя, давно пора было это сделать, но я все никак не мог решиться.
– Страх перемен? – предположила я.
– Нет, – Марк отрицательно покачал головой.
– Это из-за того, что ты плохо сходишься с новыми людьми на постоянной основе?
– В том числе, но это решаемо.
– Ну а что тогда?
– Я расскажу об этом как-нибудь потом. Пока не готов.
Какое-то время лежим молча, думая каждый о своем. Немного разбавила тишину пробравшаяся в спальню Агата. Сразу начались шебуршания и ее уру-ру.
– Ты мне точно не изменял? – уточняю с подозрением. Ну чтобы уж окончательно душу успокоить.
Марк прищурился и улыбнулся.
– Рита, давай мыслить логически. Как Богдан может утверждать, что я с кем-то переспал? Он свечку держал? Подглядывал в замочную скважину моего номера?
– Он мог бы предположить это, если ты уединялся с кем-то из девушек в своем номере.
– Как бы там ни было, обвинять на основе возможных домыслов уже слабая позиция. А так он и предположить подобного не мог, потому что я ни с кем не уединялся. Ты можешь верить мне, а можешь и нет, доказательств своей невиновности сейчас я уже не смогу представить. Остается мое слово против его, а дальше решать только тебе.
