Он превратился в рослого пятнадцатилетнего подростка, но она по-прежнему была выше.
– Я сделал это ради Ласточки, – сказал он.
Сестра отвернулась, но в её взгляде Листик успел заметить тоску и ещё какое-то чувство.
– Ну не знаю, – проворчал Мухомор. – Если карта хоть немного верна, то наш план ещё глупее, чем я думал. Вы посмотрите, сколько тут ярусов! Где на них сокровища?
– Если верить пометкам, то большая часть здесь, – ответил Листик, указывая на пару комнат ближе к центру дворца. – Только мы не знаем, насколько карта стара.
Вдруг сокровищницу перенесли.
– Прелестно. – Мухомор закатил глаза. – То есть нам предстоит влезть в кишащий драконами дворец, поверив детскому рисунку, сделанному по старой ненадежной карте, которую вообще могли выдумать?
– А что, да, я пойду, – вызвался Тимьян. – Я не боюсь.
Он с вызовом подмигнул братцу, что было, наверное, лишним: Мухомор ответил сердитым взглядом и, бормоча что-то себе под нос, поплелся вон из комнаты.
– Спасибо, Листик, – сказал Бор, кладя руку ему на плечо.
– Возвращайся к шаманам. Мы пока изучим карту и придумаем, как быть.
* * *Два дня спустя Рябинка пришла к калитке шаманского сада. Пришла посреди дня, как никогда ещё не поступала, а Листик ещё никогда не видел на её лице такого выражения: казалось, она одновременно пытается не взорваться, не расклеиться и не зарезать кого-нибудь.
– Э-э, – протянул он, оглянувшись на второго ученика, копавшегося чуть поодаль в цветочной клумбе у дома, за грядкой с фасолью.
– Привет.
– Листик, – прошептала Рябинка. Ухватившись за прутья, она присела на карточки и заговорила: – У нас беда.
Листик нарочно просыпал из ведра стручки фасоли и опустился на колени собрать их.
– Что стряслось? – шёпотом спросил он. Мастер Форель сидел в доме, но кто знает, вдруг он подглядывал за ними из-за пыльной занавески?
Рябинка нервно сучила пальцами.
– Карта, – сказала она. – Карта или что это там … Короче, она пропала."
"Теперь уже Листик просыпал фасоль взаправду.
– Что?! Как так? Вы что, порвали её? Не починить?
– Да нет, она совсем пропала. Исчезла. Наверное … её украли.
– Кто? – Листик весь похолодел, будто его облепили рыбьей чешуёй. – Шаманы? Они прознали, что я сделал?
Рябинка замотала головой:
– Мы хорошо её прятали. Это кто-то свой. – Она помедлила в нерешительности. – Из наших пропал только … Мухомор.
– Пропал? – повторил Листик. Творилось нечто дурное, просто он пока не понимал, что именно.
