В прорехи между похожими на веер ветками она увидела, как в небе рыщет дракониха цвета ржавчины; как, поблёскивая жёлтыми глазами, она крутит башкой. Воздух потрескивал от жара и крохотных язычков пламени, что вырывались у неё из ноздрей.
«Охотится, – подумала Ласточка, и сердце забилось чаще. – Не избавься я от пут, эта дракониха сейчас и рвала бы меня на части».
Прищурившись, Ласточка разглядела на морде у драконихи отметину – странный ожог, который дымился, как свежий.
– ГР-Р-Р-Р! – проревела она в небе. – А-А-А-АР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р!
Рев напоминал человеческий.
Говорить такое о драконьей речи было глупо, но что-то в ней напомнило голос матери, когда та звала Ласточку – если той случалось взбеситься и убежать в лес. В голосе драконихи слышались гнев, безумие и тревога одновременно.
«Ну да, конечно, – подумала Ласточка. – Откуда у драконов столько сложных чувств! Рёв – это просто рёв. И эта дракониха, поди, ворчит: “ГДЕ МОЙ УЖИН, я ГОЛОДНА!”, только и всего».
Ласточка еще подумала, заботятся ли вообще драконы о своих детенышах или выбрасывают на верную смерть.
Может, родители из них даже лучше, чем из людей? Может, они дерутся, защищая потомство?
«Если бы сейчас мама пришла за мной и позвала домой … пошла бы я? Дала бы я увести себя обратно, признай она ошибку?
Нет, – решила Ласточка. – Ведь назавтра они снова могли бы передумать. Так что не видать им больше меня, никогда».
Дракончик у неё на руках тихо-тихо пискнул и обвил хвостиком запястье. Он спрятал мордочку в складки ее платья и снова задрожал.
– Тс-с, – шепнула Ласточка. – Я тебя не обижу, а вон та точно меня съест, если найдет нас.
С неба, сотрясая кроны деревьев, раздался еще рёв, и дракончик, такой маленький и трогательный, снова пискнул.
– Разве что … – Ласточка немного подумала. – Ты с ней знаком? – шёпотом спросила она. – Это она тебя в реку сбросила?
Дракончик, конечно, не понимал её, но что-то в том, как он трепетал, дало понять: так оно и было.
«Так это его мама? Она что, избавилась от детёныша, а потом передумала? Или решила убедиться, что малыш мёртв?»
Кто бы ни была эта дракониха, детёныш явно боялся её.
«Тебя хоть кто-то ищет, – подумала Ласточка, плотнее прижимая к себе дракончика. – Я тебя никому не отдам и обижать не позволю».
Рыжая дракониха сделала еще круг в небе, зло оглядывая реку, а после улетела вниз по течению, на юго-восток, к морю.
Ласточка выдохнула и потеребила дракончика, чтобы он поднял голову и взглянул на неё.
