А через секунду вспомнила, что Дальфари говорил мне о браслетах и налобных лентах! Мне стало так стыдно за свою забывчивость, что я поспешно проговорила:
— Тогда начнем?
Лорд Дальфари медленно кивнул и перевел взгляд на целителя Исара:
— Есть ли противопоказания?
— Все в порядке, милорд. Леди Аддерли здорова, ее сила на достаточном уровне и..
— Прошу прощения, — я поспешно вклинилась и вытянула шпильку из волос, — это не помешает?
— Нет, — Альдис чуть нахмурился, — это ведь атакующий артефакт, верно?
— То немногое, что осталось от украшений моей матушки, — честно сказала я и воткнула шпильку обратно.
Дракон кивнул, затем открыл футляр и вытащил из него два браслета. И я с трудом сдержала смешок — дешевая медь с бесценной варцинитовой крошкой!
«Видимо, очень старая работа», пронеслось у меня в голове.
Прохладный металл обнял мои запястья, после чего лорд Дальфари поманил меня за собой. Мы вышли из палаты, прошли несколько шагов по коридору и…"
"Дети спали. Бледные до зелени, еще сильнее исхудавшие, они лежали на огромной постели и из-за чего казались совсем маленькими.
Через несколько минут налобные ленты заняли свои места на головах детей, и я почувствовала слабый отток силы.
— Они вряд ли сегодня проснутся, — лорд Дальфари создал для меня кресло. — Я взял на себя смелость заказать для вас сладости и чай.
Он щелкнул пальцами и в палате медленно проявился небольшой, круглый столик.
— Спасибо, — шепнула я и взяла чашку.
На сладости мне было дурно даже смотреть — драконы предпочитают настолько приторные десерты, что мне дурнеет даже от их вида.
— Вы готовите шоколад и не любите пирожные? — удивился лорд Дальфари, видя, что я не спешу угощаться.
— Я предпочитаю кисло-сладкое сочетание, — мягко ответила я. — Это слишком приторно на мой вкус.
Мы замолчали. Альдис тоже не спешил угощаться, а просто смотрел на детей. Затем, будто о чем-то вспомнив, он перевел взгляд на меня:
— Я прошу вас держать в тайне все происходящее. Не хочу, чтобы вы попали под удар.
— Под удар? — переспросила я и отставила опустевшую чашку.
— Кто-то напал на моих детей, — Дальфари так же поставил чашку на стол, — если это не было случайностью, а это ею не было, то…
— Меня могут убрать, чтобы никто не смог спасти детей, — севшим голосом проговорила я.
Страх запоздало коснулся сердца. Кажется, няня Фанндис поняла это раньше — она выглядела странно грустной в момент, когда я делилась с ней произошедшим.
