Книга Любимая учительница — читать онлайн бесплатно полностью

 — Таня, Таня, Таня… Ты сама-то чего творишь? Ты зачем так смотришь? Ты не понимаешь что ли нихрена? Реально не понимаешь?

— Что я должна понимать? — Я прекратила попытки вырваться, откинулась на спинку диванчика, отворачиваясь от Глеба, чтоб, без его жаркого дыхания, запускающего дрожь по всему, и без того еще не пришедшему в себя после наглого и вероломного захвата телу, дыхания, заставляющего кожу покрываться огромными мурашками. — Что вы ведете себя неадекватно? А? Вы звери что ли?

— Мы не звери. Просто ты не понимаешь…

Глеб все твердил и твердил, что я не понимаю, а я приходила в себя, постепенно осознавая весь ужас непроизошедшего, и мучительно стыдясь того, что было.

Нет. Если до этого я еще переживала, сомневалась, думала, то вот теперь я решение окончательно приняла. Все. Хватит уже.

Но я не успела озвучить ничего из того, что надумала.

Давид, видно придя в себя, заговорил. Как и в начале беседы, медленно и веско. Так, чтоб слова сразу дошли.

— Таня, я не прав…

Это уж точно!

— Я веду себя не как мужчина, мы себя ведем не как мужчины.

Как звери. Ты права. И мы… Поймем, если ты решишь с нами больше не… Разговаривать."

"— Эй, эй, эй! — Тут же вскинулся Глеб, давая понять, что не согласен, и показательно настырно сжимая мое бедро под столом.

Давид перевел на него взгляд. Тяжелый, словно камень, что стоит в сказках на развилке трех дорог. Тот самый, однозначный. Когда три пути, и все они не особо шикарные и легкие.

И Глеб замолчал. Скрипнул зубами, убрал медленно и неохотно руку.

Но не отсел, продолжая терроризировать меня своей возмутительно волнующей близостью и возбужденным ароматом молодого крепкого тела.

— Таня, — продолжал Давид, и акцент его резал по нервам похлеще вкуса его поцелуя, — мы поймем твое решение. — Глеб сдавленно выругался, — но не примем.

Чтоооо???

Я неверяще уставилась на Давида, и ощутила, совершенно на физическом уровне, как рядом расслабился и усмехнулся Глеб, сверля меня взглядом, в котором зарождалось веселье.

Я не успела задать уточняющий вопрос, принесли заказ.

Пришлось какое-то время ждать, пока раскурят кальян, расставят чашки и приборы. Давид затянулся, я опять, несмотря на остроту момента и дикость происходящего, залюбовалась невольно им. Очень ему шел кальян. Смотрелся Давид сейчас нереально горячо, как восточный падишах, молодой, сильный, мощный зверь, отдыхающий от трудов праведных. В гареме, ага. И я, в качестве наложницы, опускаюсь на колени, скромно опустив распутные глаза.