Сразу после тонкая, высохшая рука грымзы легла на ручку двери изнутри.
— Вас я всё также прошу удалиться прочь. - с этими словами, она захлопнула передо мной дверь.
Я фыркнула и услышала из-за угла тихий голос Лиана:
— Сюда.
Мы с Винсом быстро отошли от двери, дабы нас не было слышно, а затем и вовсе втроем ушли в гостиную. Крылья Лиана успели исчезнуть.
— Итак, расскажете о своем плане? - спросил мужчина, опускаясь в кресло.
— Да. - я неуверенно протянула это, а после подняла Винса на руки и, усадив того на колени, закрыла его большие уши руками, дальше говоря уже шепотом: - В кабинете Каллена есть камера, которая транслирует всё в устройство на его магических часах.
— Чего вы там шепчетесь? - кот недовольно замахал лапами, высвобождаясь.
— Оу. - Лиан был удивлен. - Что ж... теперь тогда остается только ждать.
— Именно.
— Чего ждать? - хвостатый непонимающе завертелся. - Мне объяснит кто-нибудь, что происходит?
Лиан вопросительно взглянул на фамильяра, потом на меня, и я просто молча, с улыбкой отрицательно помотала головой.
По договору с Калленом, мне нельзя было рассказывать Винсу о камере. А Эрике я обещала не рассказывать о Мадлен её отцу.
Технически, я не нарушала ничего.
На практике же выходило немного иначе.
Но в такой ситуации это был единственный грамотный выход.
— Думаю, мы можем выпить чаю. - предложила я.
— Какого чаю?! Объясните мне уже!
— Будет здорово.
Мы будто игнорировали выкрики Винса. Это было грубо, но необходимо.
— Да вы издеваетесь!
— Пойдем, Винсент.
- позвала я, собираясь на кухню. - Я тебя заодно покормлю."
"Услышав о еде, кот тут же оживился и стал покладистей. Пробурчав ещё что-то недовольное и позыркав на меня подозрительным взглядом, он всё-таки перестал задавать вопросы. Мы пошли на кухню. Ничего больше не оставалось, как просто ждать, отреагирует ли Каллен на происходящее в его кабинете.
Глава 27. Каллен
Каллен Рэндолский
— Сколько Алиса хочет потратить на организацию королевского бала?!
Раздражение.
Я искренне уважал Грэгори не просто как короля, но и как своего кузена, однако иногда он прощал своей эксцентричной молодой жене слишком много. За те годы, что мы были знакомы, я успел по-родственному привязаться к ней, но иногда мне всё равно хотелось иметь под рукой заклинание, которое лишало бы эту женщину голоса.
Негодование. Одна моя рука сжала бумаги, которые я рассматривал ранее, а вторая автоматически потянулась за портсигаром.
