Но зубрить алгебру в Париже они точно не захотят. — Юрий Апексеевич вгляделся в лица Кати и Маши, в один момент ставшие кислыми. — Найди мастер-классы или игры, способствующие развитию. Наверняка что-то есть.
Весь обед он слушал трескотню дочерей и жены, улыбался им, а сам размышлял, как поступить. Исполнить обещание, данное Сене, или придержать документы до нужного момента?
Уже вернувшись в офис, Космонавт понял, что принял решение еще во время разговора с сыном. И нужный момент настал именно тогда, когда гордый мальчик припрятал свои обиды и предложил закопать топор войны.
«Но слить компромат нужно не журналюгам, а передать заинтересованным лицам в Следственном комитете,» — рассудил Юрий Апексеевич и, набрав тщательно зашифрованный номер, весело предложил:
— Хочешь орден, Василий Евгеньевич? Могу подарить!
Глава 19
Еще на похоронах Нади и Люси Свете почувствовала, как в душе нарастает паника. На ум пришла церемония перезахоронения папы, а не сами похороны.
Лана снова увидела склеп де Анвилей с мраморными стенами, огромные букеты цветов, свешивающиеся из каменных ваз, вгляделась в крышку цинкового гроба, где уже больше года покоился отец, а потом и в надгробное изваяние. Попроще, конечно, чем у захороненных рядом де Анвилей. Тогда ей показалась блажью эксцентричная выходка матери. Она, словно Безумная Хуана потащила за собой и папу во Францию. Света помнила, что во время церемонии чуть не закричала от отчаяния! Года еще не прошло, как мать выскочила замуж за влиятельного и богатого мужика.
Но, кидая комья мерзлой земли на два простых деревянных гроба, Света внезапно охнула. Мысль как веретено закрутилась в голове, напрочь отшибая любые эмоции, кроме страха.
«А если тогда мать пряталась, как и я сейчас? Только мне достался любвеобильный Джин, а ей потомок Карла Великого. Что, если это убийца отца до сих пор пытается нас убрать? И только брак с де Анвилем обезопасил саму Лилю Цагерт и ее детей.
Может, поэтому меня отослали в закрытый лицей, а много позже Мишутку отдали в военное училище? Что же ты натворил, папочка? Почему убили тебя и нас никак не оставят в покое? Кому же ты перешел дорогу?»"
"Она взяла под руку Арсения, машинально прося у него защиты, а он одним движением переложил ее ладошку в свою лапищу и засунул в карман куртки. Так и шли рядом, ощущая тепло друг друга.