— Чего лыбишься? — нахохлилась она, заметив его реакцию. — Это не смешно, Егор! Если предвкушал двухдневный секс-марафон, то можешь сразу об этом забыть. Не собираюсь с тобой спать, понял? Я тебе еще отомщу за эту поездку! Думаешь, если есть возможности, то тебе все можно? А поговорить, как все нормальные люди, ты не пробовал?
— Пробовал, вообще-то, — напомнил он. — И меня послали.
Даша от возмущения даже покраснела.
— Да ты нагло приставал ко мне, а не поговорить пытался! Как только язык повернулся сказать это! Думаешь, девушка будет просто счастлива, что жених сестры решил облагодетельствовать ее своим телом? Думаешь, кроме тебя некому удовлетворить мои потребности? Между прочим, ты не единственный мужчина на свете, а я не озабоченная нимфоманка!
Он едва сдержал ярость, пронесшуюся по телу при мысли о ней с другим мужиком.
— И что это значит? — сдерживаясь изо всех сил и игнорируя пищащую микроволновку, спросил он сквозь стиснутые зубы. — С кем ты удовлетворяла свои потребности?"
"— Не твое дело! — задрала нос маленькая стерва.
— Я же не спрашиваю тебя о твоих женщинах. И вообще, не в те дебри свернул наш разговор. Мы друг другу никто, Егор. И ты не имеешь права спрашивать о моем прошлом, не те у нас отношения.
Медленно успокаиваясь и мысленно умоляя себя остыть и не испортить все снова, Егор отвернулся от нее, достал готовое блюдо из микроволновки, и, засунув туда свою порцию, поставил перед девушкой на стол ее еду, вручая также одноразовые приборы и банку с содовой.
— Ешь.
Даша бросила на него неуверенный взгляд и уткнулась в тарелку. Молча.
«Молчи, кукла Даша, молчи, — думал он. — Когда ты говоришь, я теряю контроль над собой. Ты же не планировала секс-марафон, а сдерживаться, когда так и провоцируешь, практически невозможно. Маленькая вредная дразнилка! Поговори мне еще о других мужиках! Всех сотру из твоей памяти, мерзавка!»
— Прекрати сверлить меня глазами, мне кусок в горло не лезет, — снова включилась она.
Егор отвернулся, доставая свою порцию еды, и присев на кровать вместо того, чтобы сесть с ней за крошечный столик, под которым наверняка их колени задевали бы друг друга, принялся машинально глотать содержимое контейнера, даже не взяв себе чего-нибудь запить.
— И на что ты теперь злишься? — спросила Даша.
— На тебя, — резко ответил он. — Ревную. Довольна?
— Нет, — буркнула она, но по покрасневшим щекам и быстро спрятанной улыбке, он понял, что довольна.
