— Егор, ты здесь? Даша, да что, черт возьми, случилось?
— Он ушеееел, — прорыдала она, цепляясь за ее руки.
— И ты из-за этого плачешь? Вот ведь дурочка истеричная! Давай, вставай.
Но Даша не могла встать. Она хотела объяснить сестре в чем дело, рассказать всю правду, но никак не могла прекратить плакать. Лена, видимо, поняла это, потому что перестала ее тормошить.
— Эх, Дашка, Дашка… Так и знала, что ты что-то подобное выкинешь.
Как позднее поняла Даша, в тот день Лена впервые проявила свою привязанность, сидя с ней на полу и утешая ее, вместо того, чтобы читать нотации или ругать.
Она даже позволила ей выплакаться на своих коленях, намочив тонкое шелковое платье, что было совсем уж невиданным делом для кого-то, вроде Лены.
* * *"
"Даша не была склонна к подобной откровенности, но понимая, что и так натворила дел, решилась все рассказать Лене. Сводная сестра выставила горничную, пришедшую убрать номер, и сообщила родителям по телефону, что они проводят время вместе, пока Даша умывалась в ванной после своей истерики.
На удивление быстро, горе Даши затмила злость на Егора, который использовал ее столь мерзким образом и свалил, даже не притворяясь, что сожалеет. Выйдя из ванной, она глотнула виски из бара для храбрости и выложила все Лене.
— Вот ведь козлина! — возмущалась сестра. — Да ни в жизнь он не получит теперь этот контракт! Папа его пошлет далеко и надолго.
— Ты не можешь все рассказать родителям! — закричала Даша. — Просто придумай способ отвязаться от него.
Пожалуйста, Лена! Я ведь никогда ни о чем тебя не просила.
— Зато не постыдилась вешаться на моего без пяти минут жениха, — с обидой фыркнула Лена.
Даша неловко замялась.
— Прости… Если бы я думала, что он для тебя что-то значит, я бы так не поступила. Клянусь! Но я влюбилась в него, Лен! Практически с первого взгляда. Со мной никогда такого не случалось. Я… Мне казалось, что у нас может быть будущее, — жалко проблеяла она.
Девушка снова не смогла сдержать слез, тихо всхлипывая.
И жалостливый взгляд Лены совсем не помогал.
— Этот придурок не достоин твоих слез, — строго сказала сестра. — Возьми себя в руки, тряпка! Ты не можешь быть такой девушкой!
— Какой? — растерялась Даша.
— Жалкой! Мужчины — низшие существа, Даша. У них есть инстинкты, но нет совести. Она хороши для секса, и только. У тебя что, совсем нет гордости?
— У меня есть гордость! — разозлилась Даша. — Я же не собираюсь бежать за Егором и умолять его полюбить меня.
