Поэтому он сдерживался, как мог, думая о чем-то отстраненном, пока медленно облизывал нежную кожу, жестко долбясь в нее пальцами и пробуя раздвигать их внутри, максимально растягивая ее. По его ощущениям это заняло целую вечность, поэтому он не удивился, когда Даша снова начала ерзать под ним от возбуждения.
— Думаю, ты готова, куколка, — сказал он, вытаскивая из нее пальцы и распределяя природную смазку по своему ноющему члену."
"Егор лег на нее, чтобы быть лицом к лицу, опираясь на руку, и снова пристроив кончик, толкнулся внутрь, медленно продвигаясь вперед.
Так медленно, как мог, потому что давление было охуенным и у него чуть глаза не закатились от кайфа. Только жалобное хныканье девушки заставило его остановиться на полпути.
— Больно? — выдавил он из себя вопрос, сквозь стон.
Выглядящая полностью ошеломленной Даша покачала головой и прикусила губку.
— Распирает, — выдохнула она. — Мне нужно немножко приспособиться.
Опустив лоб ей на плечо, он замер, считая про себя, и через десять секунд продвинулся еще немного.
Даша выгнулась в ответ, нанизываясь глубже и продолжая издавать хныкающие звуки, которые подействовали на него еще одним возбудителем. В ней стало еще более влажно и Егор преодолел последние сантиметры, зарываясь в нее до основания.
— Ебать, ты пиздец какая, Дашка! — выругался он, не в силах даже выразить как в ней жарко, мокро и хорошо.
Она тяжело дышала, обвив его руками и ногами, и, когда он сделал пробный легкий толчок, приподняла бедра, кусая губы.
— Больно? — снова спросил он.
Она закачала головой и застонала.
— Двигайся, Егор! Я не знаю, но когда ты двигаешься, становится так хорошо…
Ей требовалось трение.
Он сделал медленный глубокий толчок и по ее стонам понял, что так хорошо. Узкие стеночки трепетали вокруг него, лаская каждую вену, и, когда он немного ускорился, Даша начала стонать, как порнозвезда, даже попытавшись закрыть рот ладошкой, чего он не позволил, потому что звуки ее удовольствия лишь еще больше заводили его.
— Еще, быстрее! — требовала маленькая тиранка, войдя во вкус, и он с облегчением ускорился.
Их бедра были мокрыми от выделений, а от его глубоких и быстрых толчков неприлично хлюпало, но из-за того, что его кукла так возбудилась, он уже мог нанизывать ее на себя полностью, долбясь до самой шейки матки, не боясь причинить ей боль при этом, потому что Даша только подмахивала бедрами, провоцируя его.
Его немало удивило, когда она неожиданно словила оргазм, сжимая его до точек в глазах и громко крича.
