Проигравший подходит к победителю, они обмениваются несколькими короткими фразами, но мне по-прежнему видно лишь спины. Медведь уходит, оставляя Грома одного. Тот ликует, поднимает заработанные деньги наверх, разворачивается, демонстрируя всем своё счастье, я вижу его лицо, и земля уходит из-под ног. Тимур. Отец моего ребенка, которому я наврала, что сделала аборт. Мир застывает.
Мужчина впивается в меня взглядом, цепляет и не отпускает ни на миг. Я влипла.
Глава 4. Тимур. Как рождался Гром
Несколько лет назад
— Держи удар.
Гром, я кому говорю! — рычит тренер. — Так, стоп, — бьет меня по запястьям и отталкивает от снаряда. — Что с тобой сегодня?
— Задолбался, — смотрю на него разматывая защиту с рук.
— Задолбался он. Ты сам захотел влезть в эти бои. Я в упор не понимаю, зачем?
— У меня ничего не осталось, — пожимаю плечами. — Надо же мне на что-то жить.
— Работу найти не пробовал? — кривится в злой ухмылке Вячеслав Петрович.
— Мне этого мало, да и должен же я хоть куда-то применить столько лет тренировок.
— Тогда ещё раз! — он больше не сюсюкает. — В спарринг. И соберись, иначе ты сдохнешь в первом же раунде.
— Не дождутся, — глотнув воды встаю в стойку.
— Бой! — звучит команда и я забываю обо всем.
Шикарное ощущение. Адреналин растекается по венам и перед тобой лишь одна цель — победить.
Год прошел с тех пор, как я решил кардинально изменить жизнь осознанно отказавшись от помощи отца. Слишком много ошибок было совершено. Слишком много потерь. Этого не загладить очередной дележкой наследства и словами благодарности или прощения.
Последнее еще нужно заслужить.
— Тим, где ты летаешь?! — тренер роняет меня на маты, вдавливает в настил всем весом и внимательно изучает потерянный взгляд, который не изменился с момента, как я вернулся сюда. Пока нет. Но это не значит, что я не справлюсь, просто времени нужно больше.
Выдох. Толчок. Разворот и вот уже я торжественно восседаю на человеке, ставшим мне вторым отцом.
— Молодец, — хвалит Вячеслав Петрович. — Но там, — образно показывает пальцев вниз, — Там, Громов, это практически смерть! Слезай, иди в душ, а я пока сделаю звонок.
Потом поговорим серьезно.
Кивнув, подчиняюсь. Захожу в душевую с открытыми кабинками. А чего тут стесняться? Все равно одни мужики занимаются. Спортивные шорты и влажную от пота майку стопкой сложил на скамейку у стены. Отрегулировал воду, чтобы расслабить натруженные за несколько часов мышцы.
— Как хорошо, — выдыхаю, жмурясь под теплыми каплями.
