Но этот мужчина, пышущий энергией, сплошь покрытый перекатывающимися мускулами и бронзовой кожей, казался вдвое больше. Словно комната едва его вмещала. Телосложение Рэвенела было ширококостным и худощавым, когда он поднял кубок с водой и жадно его осушил, мышцы спины начали двигаться. Взгляд Фиби беспомощно устремился вниз, на его бёдра. С одной стороны, бежевые брюки, не поддерживаемые подтяжками, сползли достаточно низко, чтобы обнажить шокирующее доказательство отсутствия нижнего белья. Как может джентльмен ходить без подштанников? В своей жизни она не видела ничего более непристойного.
Голова разрывалась от мыслей.
– Подай мне чистую рубашку из стопки на комоде, – резко бросил он. – Мне понадобится помощь, чтобы одеться. Проклятые швы натягиваются.
Фиби повиновалась, а в животе запорхали сотни бабочек. Повозившись, она вытащила сорочку, не нарушая стопки белья. Рубашка с полупланкой одевалась через голову и была сшита из прекрасного тонкого полотна, пахнущего хозяйственным мылом и свежим воздухом.
Фиби нерешительно шагнула вперёд и, нервно облизнув губы, попыталась придумать, что сказать.
Отставив бокал в сторону, мистер Рэвенел обернулся с раздражённым вздохом.
– Боже милостивый, Саттон, невозможно быть таким медлительным... – он осёкся, увидев Фиби. Его лицо приняло непроницаемое выражение.
Всё вокруг замерло, атмосфера накалились, будто вот-вот грянет буря.
– Вы не мой камердинер, – выдавил мистер Рэвенел.
Фиби неуклюже протянула ему рубашку. К своему стыду, она открыто глазела на него, и, казалось, не могла остановиться.
Если задний вид Уэста Рэвенела был занимательным, то вид спереди абсолютно завораживал. На его теле присутствовало куда больше волос, чем у её мужа. Грудь покрывала тёмная растительность, которая сужалась ближе к животу, она имелась и на предплечьях, и даже вниз от пупка тянулась узкая дорожка. Удивительно, что при таких мощно развитых плечах и руках он не поборол быка в честном бою."
"Рэвенел медленно подошёл и забрал рубаху из её дрожащих рук.
Неловко комкая ткань, он засунул руки в рукава и начал поднимать рубашку над головой.
– Подождите, – сдавленно произнесла Фиби, – позвольте мне помочь.
– Вы не должны...
– Рубашка застёгнута.
Она занялась расстёгиванием короткого ряда пуговиц, пока он так и стоял, засунув руки в рукава.
Рэвенел склонил голову, и она ощутила потоки воздуха от его неровного дыхания. Волосы на груди Рэвенела не были безжизненными и прямыми, а мягко вились.
