Его глаза возбуждённо блестели, как у человека только что пережившего смертельную опасность, Рэвенел тяжело дышал и покрылся испариной. Когда он заметил Фиби, на его лице появилась кривая улыбка.
– Всего лишь царапина.
По её телу начало медленно разливаться облегчение.
– Простак был прав, – проговорила Фиби. – Вы борзый. – Мужчины вокруг засмеялись. Подойдя поближе, она спросила: – Вы задели рога?
Мистер Рэвенел покачал головой.
– Гвоздь в заборе.
Фиби озабоченно нахмурилась.
– Рану нужно срочно промыть.
Повезёт, если вы не подхватите столбняк.
– Ни один столб не сможет его остановить, – лукаво пошутил Кремень, и работяги разразилась хохотом.
– Дайте, посмотреть, – сказала Фиби, опускаясь на колени рядом с мистером Рэвенелом.
– Нет, вам нельзя.
– Почему?
Он исподтишка бросил на неё раздражённый взгляд.
– Царапина... в неподобающем месте.
– Ради бога, я была замужем, – ничуть не смутившись, Фиби потянулась к краю рубашки.
– Подождите. – Загорелое лицо мистера Рэвенела приобрело розоватый оттенок.
Он хмуро глянул в сторону рабочих, с большим интересом наблюдавших за происходящим. – Имею я право уединиться?
Кремень помог разогнать небольшую толпу, отрывисто бросив:
– За работу, ребята. Не стойте разинув рты.
Ворча, рабочие разошлись.
Фиби задрала рубашку мистера Рэвенела. Три верхние пуговицы брюк были расстёгнуты, пояс сполз, открывая её взору худощавый торс, покрытый рядами мышц. Его мощная рука прижимала грязную, закопчённую тряпку к месту на несколько дюймах выше левого бедра.
– Почему вы держите возле открытой раны перепачканную ткань? – спросила Фиби.
– Нам удалось найти только эту.
Фиби достала из кармана три чистых, накрахмаленных носовых платка и сложила их вместе.
Мистер Рэвенел наблюдал за ней, приподняв брови.
– Вы всегда носите с собой столько носовых платков?
Она улыбнулась.
– У меня же дети.
Склонившись над ним, она осторожно убрала грязную ткань. Из трехдюймовой раны на боку хлынула кровь. Порез выглядел ужасно, несомненно, понадобится наложить швы.
Когда Фиби прижала платки к ране, мистер Рэвенел поморщился и откинулся назад, чтобы избежать физического контакта.
– Миледи... Я могу сам...
Он замолчал, беспокойно вздохнул, и его рука нащупала её в попытке оттолкнуть. Цвет его лица оставался розоватым, голубые глаза полыхали, как лесной костёр.
– Извините, – проговорила Фиби. – Но придётся надавить, чтобы остановить кровотечение.
– Мне не нужна ваша помощь, – вспылил он. – Дайте мне.
