Фиби взяла Айво под руку и позволила вывести себя из комнаты. Пока они шли к парадной центральной лестнице, она взглянула на его строгий итонский костюм: чёрные саржевые брюки, белый жилет и чёрный атласный галстук-бабочку.
– Ты теперь носишь длинные брюки! – воскликнула она.
– На год раньше, чем следовало, – похвастался Айво.
– Как ты уговорил маму?
– Я сказал ей, что у человека должна быть гордость, и что, по-моему, носить короткие штаны, всё равно что расхаживать в приспущенных брюках.
Мама так хохотала, что ей пришлось поставить чашку, а на следующий день пришёл портной снять с меня мерки. Теперь близнецы Ханты больше не смогут смеяться над моими коленями.
Речь шла о четырнадцатилетних мальчиках, Эштоне и Огастесе, младших отпрысках мистера и миссис Саймон Хант, которые водили близкую дружбу с Шаллонами ещё до рождения Фиби.
– Близнецы над тобой смеялись? – обеспокоенно и удивлённо уточнила она. – Но вы же всегда были большими друзьями.
– Так и поступают приятели.
Мы придумываем друзьям прозвища, например, ""дурень"" или ""костлявые коленки"". Чем лучше друзья, тем хуже обзывательства.
– Но почему не общаться друг с другом вежливо?
– Потому что мы парни, – Айво пожал плечами, увидев, что Фиби находится в замешательстве. – Ну ты же знаешь наших братьев. В телеграмме, которую вчера прислал Рафаэль Габриэлю, говорилось: Дорогой братец, поздравляю со свадьбой. Жаль, что не смогу присутствовать на торжестве, чтобы предупредить невесту о том, какая же ты никчёмная заноза в заднице.
С любовью, Рафаэль.
Фиби не удержалась от смеха.
– Очень на него похоже. Да, я знаю, как они любят поддевать друг друга, хотя никогда не понимала почему. Подозреваю, мои сыновья вырастут такими же. Но я рада, что Генри таким не был. Никогда не слышала, чтобы он над кем-то насмехался.
– Он был хорошим, – сказал задумчиво Айво. – Другим. Я скучаю по нему.
Она ласково сжала его руку.
К облегчению Фиби, скопление людей в гостиной оказалось куда менее пугающим, чем она ожидала.
Её родители и Серафина составили ей компанию, как и лорд и леди Уэстклиф, которых она и её братья всегда называли ""дядя Маркус"" и ""тётя Лилиан"".
Охотничье поместье лорда Уэстклифа, Стоуни-Кросс-парк, находилось в Гэмпшире, неподалёку от Приората Эверсби. Граф и его жена, которая изначально была американской наследницей из Нью-Йорка, вырастили трёх сыновей и трёх дочерей.
