Ботинки не мешало бы отполировать, и да, его дыхание, как и следовало ожидать после нескольких дней беспробудного пьянства и скудных перекусов, стало несвежим. Сейчас, никому бы не пришло в голову назвать Уэста модником."
"Он остановился в меблированных комнатах, которые сохранил за собой даже после того, как обосновался в Гэмпшире. Хотя Уэст мог поселиться в Рэвенел-Хаусе, лондонском доме семьи, он всегда предпочитал уединение. Раз или два в неделю приходила кухарка, чтобы навести порядок. Вчера она, сморщив нос, обошла комнату за комнатой, собрав пустые бутылки и грязные стаканы, и отказалась уходить, пока Уэст не съел в её присутствии кусок бутерброда и несколько ломтиков маринованной моркови.
Когда он запил всё это подогретым пивом с пряностями, она одарила его хмурым взглядом.
– У вас иссохшая душа, мистер Рэвенел, – мрачно проговорила кухарка. Уэст мог бы поклясться, что перед уходом она вылила остатки пива, не сам же он их выпил ещё до полудня. Хотя, возможно, и он.
Ощущения казались ему до боли знакомым: брожение в желудке, непрекращающаяся отвратительная жажда, которую ничто не могло утолить. Словно Уэст тонул в озере джина, продолжая хотеть напиться сильнее.
В то утро, перед отъездом из поместья Клэр, Уэст чувствовал себя довольно сносно. Он позавтракал с Фиби и детьми, умиляясь тому, как Стивен своими маленькими ручками сжимал кусочки жареного бекона и разминал намазанные маслом тосты в бесформенные комки. Джастин не раз спросил, когда Уэст вернётся, и он поймал себя на том, что отвечает мальчику общими фразами, которые так ненавидел в детстве: “Когда-нибудь”, или “Посмотрим”, или “Когда придёт время"".
Даже ребёнок понимал, что это означало ""Никогда"".
Фиби, чёрт бы её побрал, вела себя самым жестоким образом, оставаясь спокойной, нежной и понимающей. Ему было бы намного легче уезжать, если бы она хмурилась или злилась.
Перед отъездом на вокзал, Фиби поцеловала его на прощание у парадных дверей... она коснулась изящной рукой его щеки, и ласково провела по ней губами, нежно окутав Уэста своим ароматом.
Он закрыл глаза, и ему показалось, будто его осыпало лепестками цветов.
А потом отпустила.
Только на вокзале его охватило дурное чувство: смесь уныния, усталости и сильной жажды. Он планировал купить билет до Приората Эверсби, но вместо этого обнаружил, что просит продать ему билет до вокзала Ватерлоо, смутно предполагая, что задержится в Лондоне на ночь.
