Сосредоточив внимание на территории вокруг рта, применяя едва ощутимые усилия, Фиби почувствовала, что Уэст капитулировал, напряжение ушло из его рук и ног, и он полностью расслабился. Возможно, нехорошо с её стороны, но заполучив в своё распоряжение это массивное тело, она наслаждалась сложившейся ситуацией. От её внимания не ускользнуло, что он оставался возбуждённым на протяжении всего ритуала бритья, его желание не ослабело, и это ей тоже пришлось по душе. Время от времени она останавливалась, чтобы посмотреть ему в глаза, и убедиться, что он не испытывает дискомфорта.
Каждый раз Фиби встречал спокойный, почти сонный ласковый взгляд. Проверяя, не осталось ли пропущенных участков, она обнаружила шероховатость возле челюсти и ещё одну на левой щеке. Намазав эти места пенящимся мылом, Фиби провела лезвием против роста крошечных волосков, удаляя их.
При помощи свежего горячего полотенца, она удалила все следы мыла и похлопала кончиками пальцев, смоченными в розовой воде, по его лицу.
– Готово, – весело сообщила она, отодвигаясь назад и удовлетворённо оглядывая плоды своей работы. От вида красивого, чисто выбритого Уэста, сердце Фиби ёкнуло. – И ни единой царапины.
Потирая гладкую челюсть, Уэст подошёл к умывальнику и посмотрел на себя в зеркало.
– Лучше моего бритья.
Он повернулся к ней с задумчивым видом.
Не догадываясь о его настроении, Фиби вопросительно подняла брови.
В два шага покрыв расстояние между ними, он притянул её к себе и завладел ртом в грубом пылком поцелуе.
Она попыталась улыбнуться такой мужской демонстрации облегчения и благодарности, но натиск его губ сделал это невозможным. Уэст ласкал её тело руками, поглаживал, сжимал, прижимая бёдра к своей пульсирующей плоти. Он прочертил дорожку из поцелуев, пробуя на вкус её шею, прильнув щекой к её коже. Фиби откинула голову, когда он поцеловал впадинку у основания шеи и провёл по ней языком.
– Спасибо, – прошептал он, уткнувшись в местечко, влажное от его прикосновения.
– Спасибо, что доверился мне.
– Я бы доверил тебе свою жизнь, – он потянулся к её волосам и начал осторожно вынимать гребешки из причёски. Массивные локоны упали до самой талии. Уэст отступил на шаг назад, бросил гребешки на пол и зарылся рукой в блестящие огненные пряди. Он поднёс несколько рыжих локонов к лицу и провёл ими по щекам и губам, целуя. Уэст пристально уставился на неё с серьёзным, почти суровым видом.
