На улице возле моей машинки припаркован огромный черный пикап, рядом крутится еще один амбал и увидев нас, растягивает губы в улыбке, являя на свет белые зубы.
— Привет девчонки! — весело здоровается, задерживая чуть дольше внимание на Свете. — Я…
— Шмель, давай грузить мотик и погнали, я спешу пи… очень сильно, — Клим открывает кузов и они вместе, как будто мотороллер весит всего десять килограмм, забрасывают его туда.
— Свет, — толкаю подругу, — Спасибо хоть скажи,— шепчу.
— А? — Переводит на меня растерянные глаза, — Ляль, а откуда у твоего гинеколога такие друзья? Ты знала? Почему мне не сказала, что у него есть такие… — шипит змеей претензии.
— Да не знала я их, — шиплю в ответ.
— Чей мопед? Куда везти?
— Мой, — Светка, словно пионерка выпрямляется и улыбается своей обворожительной улыбкой.
— Тогда поехали, девчат. — Шмель открывает нам заднюю дверь.
— Нет ребят, я на своей, — указываю на машину. — Спасибо вам за помощь.
— Пока Ляль, — шумит довольна Светка, из пикапа.
Прощаемся и джип, газанув, резко стартует с парковки.
Неспеша плетусь домой. Илья еще на работе, у меня сегодня отсыпной, и мы с ним не виделись сутки. Как же он психует, когда мои редкие ночные дежурства выпадают не в его смену. Соскучилась уже, жуть. По дороге заезжаю в магазин и набираю целую тележку продуктов. Сготовлю вкусный ужин. Откроем вино… мечтаю в голове, растянув губы в улыбке. Подпеваю незамысловатой песне по радио…
Я так его люблю…сильно.
Да, не говорила ему об этом, давно… призналась Илье месяц назад в чувствах, а он промолчал. Ничего мне не сказал! Ни слова! Даже не поцеловал. Обиделась жутко. Всю ночь обижалась пока он рядом сопел. А утром обида ушла или просто я ее выгнала из своего сердца. Как можно на него обижаться? Он сухарь, конечно. И циник и молчун. Сердцу не прикажешь. Оно просто любит. Слепо и сильно.
Паркуюсь возле дома и, открыв багажник, тянусь за пакетами и резко дергаюсь от внезапных прикосновений, бьюсь головой и кузов…
— Блять… — гремит до боли родной голос за спиной, — Ляль… Ляль… сильно? — разворачивает к себе лицом и осматривает лоб.
— Шишка будет… Прости… — сожалеюще.
Не самом деле я стукнулась не сильно. Но Илье Валентиновичу полезно попереживать. Мстительная и злая Лялька посмеивается внутри меня. Поэтому я со всем своим мастерством изображаю, что мне больно. Тру лоб и морщу нос.
