Ее прозрачные серые глаза останавливаются на мне.
– Я постою.
– Садись, – повторяет она.
Я определенно уже слышала ее голос.
Я слышала его в коридоре, она разговаривала с Эриком, перед тем как на меня напали. Я слышала, как она упоминает дивергентов. Но я слышала его и раньше… слышала в…
– Это был ваш голос в симуляции, – говорю я. – В смысле, на проверке склонностей.
Она – та опасность, о которой меня предупреждали Тори и мать, опасность быть дивергентом. Сидит прямо передо мной.
– Верно. Проверка склонностей на данный момент – мое величайшее достижение как ученого, – отвечает она.
– Я просмотрела результаты твоего теста, Беатрис. Очевидно, с ним возникли проблемы. Он не был записан, и твой результат пришлось вводить вручную. Тебе известно об этом?
– Нет.
– Тебе известно, что ты одна из двух людей за все время, которые получили результат «Альтруизм», но перешли в Лихость?
– Нет.
Я пытаюсь скрыть потрясение. Кроме нас с Тобиасом – никого? Но его результат был настоящим, а мой – поддельным.
Значит, на самом деле он один.
У меня сводит живот при мысли о нем. Сейчас мне плевать, насколько он уникален. Он назвал меня жалкой.
– Что заставило тебя выбрать Лихость? – спрашивает она.
– Какое это имеет значение? – Я стараюсь смягчить свой голос, но получается плохо. – Разве вы не собираетесь наказать меня за то, что я покинула свою фракцию и отправилась на поиски брата? «Фракция превыше крови», верно?
Я делаю паузу.
– Кстати, как вообще я оказалась в вашем кабинете? Разве вы не важная шишка?
Возможно, это немного осадит ее.
Ее рот на мгновение кривится.
– Наказание оставим лихачам. – Она откидывается в кресле.
Я кладу руки на спинку кресла, в которое отказалась сесть, и стискиваю пальцы. За ее спиной – окно с видом на город. Поезд лениво поворачивает вдалеке.
– Что до причины твоего присутствия здесь… моей фракции свойственно любопытство, – продолжает она, – и, изучая твои записи, я обнаружила еще одну ошибку с симуляцией. Ее также не удалось записать. Тебе известно об этом?"
"– Как вы получили доступ к моим записям? Он есть только у лихачей.
– Поскольку симуляции разработала Эрудиция, у нас существует… взаимопонимание с лихачами, Беатрис. – Она наклоняет голову и улыбается мне. – Меня всего лишь волнует добротность нашей технологии. Если в твоем присутствии она пасует, я должна это прекратить, понимаешь?
Я понимаю только одно: она лжет. Ее не волнует технология… она подозревает, что с моими результатами что-то неладно.
