— «Да», дура, говори «да», — Настя толкнула в спину. — Такой мужик в ногах валяется, а она титьки мнет.
Хабаров на пару секунд напрягся, была вероятность, что Лиза не согласится, но вот девушка улыбнулась.
— Да, да, Егор Максимович, я согласна."
"Все внутри ликовало от счастья, Егор поднялся, надел на пальчик кольцо, прижал к себе любимую, поцеловал, Настя смахнула со щеки слезу. Теперь они обе были как две влюбленные росомахи.
— Я люблю тебя, не сомневайся, Дюймовочка, никогда в этом не сомневайся.
— И я тебя, мой Великан.
Но у меня есть одно условие.
— Какое?
— Парни будут жить с нами.
— Какие парни?
— Николай Васильевич и Самсон.
— Хорошо. Я согласен.
— Господи, как хорошо! Надо позвонить папе и Волкову, — Настя убежала в комнату искать телефон.
— Да, кстати, о папе…
— С ним все улажено.
— Даже так?
— Благословение получено.
— Так вы обо всем договорились за моей спиной?
— Естественно, я иначе не могу. А еще я снова нейрохирург, и тебе придется терпеть мои бесконечные дежурства и срочные отлучки.
— Я согласна. Поцелуй меня, я так скучала.
Хабаров был бы рад не отрываться от своей Дюймовочки ни на секунду, коснулся губ, царапая щетиной кожу, проникая языком в рот, слыша тихий стон девушки, от которого срывало крышу.
— А давай родим ребенка?
— Так сразу?
— Не могу ждать.
— А давай.
Лиза сама не понимала, на что согласилась сегодня уже несколько раз, но жизнь, что ждала ее впереди, была намного интересней, чем та, что у нее была.
Эпилог
— Горько… Ох… Какая горькая у тебя, Тамара, настойка.
— Ничего не горькая, Ильич, не выдумывай, недавно пил и не ворчал.
— Настойка горькая, а ты, Тома, глупая баба… Горько!! Горько молодым!
Все дружно и с энтузиазмом подхватили крик Владимира Ильича, он эхом пронесся по лесу, спугнул птиц на ветках деревьев. А молодым ничего не оставалось, как подняться и показать всем, какая сладкая у них будет жизнь, своим поцелуем.
— Они будут так орать весь вечер?
— Да, я не против, так что не ворчи, Дюймовочка, и целуй своего мужа.
Лиза не ворчала, просто странно было вот так, на глазах у родителей, сестры, да еще двух десятков практически незнакомых людей, целоваться со своим мужчиной. Нет, уже с мужем.
Свадьбу решили играть скромную, на этом настояла сама Лиза, вот не надо ей этих голубей, платьев с блестками и трехэтажного торта с фейерверком. Конец апреля был жарким, нужно было успеть все сделать до мая, так сказала мама, потому что играть свадьбу в мае — значит маяться всю жизнь.
