Увидев, что одной из четырех лошадей нет, а экипаж лишь немного наклонился, но не перевернулся, Рейфел понял, что никто не покалечен. Очевидно, Офелия с кучером уселись на коня и собрались продолжать путь верхом.
Он так твердо был в этом убежден, что сначала решил не спускаться в канаву. Но, зная, что потом будет долго ругать себя, если не проверит, есть ли кто-то в экипаже, все же спешился, открыл дверцу и заглянул внутрь. Ничего, кроме какого-то узла.
И вдруг на память пришли слова сестры.
Она жаловалась, что в экипаже всего одна полость. Но единственная полость не будет так сильно топорщиться!
– Господи! – вырвалось у него. – Он оставил вас здесь замерзать? Куда, черт возьми, он подевался?
Офелия осторожно высунула голову из-под полости: ровно настолько, чтобы он увидел ее глаза и заметил, что на ней нет капора. Даже ее обычно изящная прическа растрепалась. Она распустила волосы?
Девушка свернулась в такой тугой комок, что почти вся поместилась под полостью.
– Он отправился за новым колесом, чтобы заменить сломанное.
Рейфел сел рядом и глянул на холодную жаровню.
– Он знал, что оставляет вас без тепла?
– Возможно, нет, – вздохнула она, но тут же набросилась на него: – И закройте эту чертову дверь!
Рейфел послушно закрыл дверь, но это мало помогло. При каждом выдохе из его рта вырывались клубы пара.
Офелия в это время, немного успокоившись, поставила ноги на пол и выпрямилась. Полость представляла собой маленькое одеяло, рассчитанное на то, чтобы спускаться с колен до кончиков пальцев.
Она снова прикрыла колени и потерла окоченевшие руки. Оказалось, что ее волосы куда длиннее и гуще, чем он представлял.
Волна гнева на глупую девчонку, подвергшую себя такой опасности, вновь поднялась в Рейфеле.
– Где ваши муфта и капор? – процедил он.
– Они лежали отдельно от пальто. У меня не было времени их искать, – сухо пояснила она.
Ее тон еще больше возмутил Рейфела.
– Я думал, у вас хватит ума не пускаться в такие авантюры, – отрезал он и, стянув перчатки, принялся растирать ее ладони.
Офелия не стала его останавливать.
– Иногда отчаяние толкает меня на глупые поступки. По-моему, мы с вами уже говорили на эту тему.
– Ваше положение вовсе не было отчаянным. Просто вы боитесь увидеть себя в истинном свете. И что случилось с вашими волосами?
Офелия отняла руку и отбросила на спину назойливый локон.
– Пыталась согреть шею и уши.
