Почему она никому не дает заглянуть в свою душу? Почему держит под спудом эту жизнерадостную, остроумную, веселую женщину, не показывая ее посторонним?
В довершение всего после обеда прибыл лакей Эсмеральды с письмом от Сабрины. Та, должно быть, была занята приготовлениями к свадьбе с Дунканом и все же нашла время для ответа. И это письмо определенно разрешило все сомнения, которые его одолевали.
Он подождал, пока закончится ужин, хотя, возможно, делать этого не следовало. Его мрачное настроение наложило отпечаток на присутствующих, и ужин прошел скучно и в неловком молчании.
Какой контраст с обедом!
Эсмеральда поднялась наверх при первой же возможности. Офелия попыталась сделать то же самое, но Рейфел не собирался давать ей возможности сбежать.
– Не хотите посидеть со мной в гостиной? Выпьем по рюмочке бренди, – предложил он, когда она поднялась из-за стола, чтобы последовать за тетушкой.
– Спасибо, но я очень устала, – отказалась Офелия.
– Ничего подобного. И я настаиваю. У вас было время осмотреться.
Теперь пора начать….
– Что именно? – не удержалась она, резко вскинув голову. – Препарировать меня?
– Предпочитаю другой термин. Исследование мотивов. Итак?
Офелия, выпрямившись, величественно прошла вперед и уселась на диван. При этом ее спина оставалась такой же неподатливо прямой. Рейфел шагнул к бюро, где хранил напитки еще с предыдущего визита, налил две рюмки бренди, уселся рядом с Офелией и протянул ей рюмку. Та молча ее отодвинула.
– Как хотите, – пожал плечами Рейфел и одним глотком выпил жгучий напиток.
– Похоже, я нуждаюсь в нем больше, чем вы.
– Пфф!
– Знаете, – задумчиво проговорил он, – если вы и дальше собираетесь только обороняться, мы ни до чего не договоримся. А мне казалось, что вам не терпится как можно скорее попасть в Лондон.
– Так и есть. Но это ваша затея, а не моя. Поэтому говорите, и поскорее покончим с этим.
– Прекрасно. У меня имеется список ваших недостатков. Я не собираюсь перечислять их сейчас, иначе это займет целую ночь. Мы станем разбирать их подробно, один за другим.
Сегодня начнем с одного из основных обвинений против вас: склонности распространять грязные сплетни, которые портят жизнь окружающим.
– Ах да, я ужасная сплетница, – сухо заметила она. – Вы не раз упоминали об этом. Но, честно говоря, это было всего однажды.
– Трижды, – поправил он.
– Трижды? – ахнула Офелия. – Какие же еще слухи, по-вашему, я распространяла?!
– Терпение, дорогая. Помните? Сегодня начнем с клеветы на Дункана.
