Когда же Офелия приложила немало сил, чтобы убедить кучера, тот стал твердить, что потеряет место, если немедленно не вернется в Лондон, чтобы сообщить ее родителям, куда сбежала дочь. Будто она не намеревалась послать им записку. В свое время, разумеется.
Когда Дункан разорвал их помолвку в первый раз и попросил семейство Ридов уехать из Саммерс-Глейд, отец отвесил Офелии такую пощечину, что она отлетела на другой конец комнаты. Теперь она не собиралась общаться с родителями, пока ее гнев не остынет.
– Полагаю, придется позаимствовать у маркиза одного из лакеев, – решила Офелия. – Сойдет тот парень, который сейчас выносит мои сундуки. Можешь, сообщить ему, что он временно будет нашим кучером. А я пока подожду в гостиной.
Офелия предпочла бы подождать во дворе, подальше от оставшихся гостей маркиза. Но дорожное пальто было сшито для того, чтобы как можно выгоднее подчеркивать красоту ее фигуры, а не защищать от зимнего холода.
Однако, поскольку большинство собравшихся ожидали свои экипажи именно в холле, оставалось надеяться, что гостиная будет пуста.
Туда Офелия и направилась. Но комната не была пуста. Там сидела особа, которую Офелия надеялась никогда больше не видеть: Мейвис Ньюболт, когда-то ее лучшая подруга, а теперь – злейший враг. И теперь слишком поздно искать другое убежище: Мейвис уже заметила ее.
– Сбегаешь, поджав хвост? – злорадно хмыкнула Мейвис.
О Господи, опять начинается! Разве ее бывшая подруга, приехав сюда, не сказала и не сделала все возможное, дабы помешать тому, что в высшем обществе считали обреченным на несчастье браком? Очевидно, не все.
– Вряд ли мой отъезд можно назвать именно так, – спокойно ответила Офелия, уже сумевшая взять себя в руки. Бывшая подруга больше не доведет ее до слез. – Как же тебе, наверное, досадно: оказать мне такую услугу, чтобы избавить бывшую подругу от союза с шотландцем.
– Я уже говорила, что сделала это не ради тебя.
Ты последний человек на земле, которому мне захочется помочь.
– Да-да, знаю, ты разыгрывала героиню исключительно ради Дункана. А вышло так, что спасла меня от свадьбы с ним. Полагаю, следовало бы поблагодарить тебя.
– Не стоит! – прорычала Мейвис, негодующе тряся локонами. – Больше никакого притворства, Фели. Мы ненавидим друг друга…
– Прекрати! – резко оборвала Офелия, боясь, что рана снова откроется.
