Глава 7
Еще одной неприятной привычкой Офелии было стремление оставить за собой последнее слово. Правда, та же привычка имелась и у Рейфела, отчего повадки девушки безмерно его раздражали.
Он уже начинал испытывать нечто вроде угрызений совести. Правда, он и до этого сомневался в целесообразности своего плана, но, увидев, как предупредительна Офелия с его пожилой теткой, он был немало удивлен. Вежливость и Офелия – вещи совершенно несовместные, и такое поведение противоречило всему, что он о ней знал.
Даже тетушка это отметила. Недаром сказала Уильяму, что уверена в своем скором возвращении.
Объяснения Офелии звучали разумно. Слишком разумно. Даже зная, какая она интриганка, Рейфел все же засомневался. Но он не слишком хорошо знал Офелию, чтобы понять, лжет она или говорит правду. Но если подумать хорошенько, мисс Рид должна быть записной лгуньей, иначе просто не смогла бы безнаказанно провернуть все те проделки, которые ей приписывали.
Прошлой ночью он отослал письмо Сабрине с одним из лакеев тетушки, которому поручил непременно отдать послание в собственные руки адресату и привезти ответ.
Сабрина знала Офелию лучше, чем Рейфел. Недаром она жила в доме Ридов, когда стала впервые выезжать в свет. Кто-то упоминал, что тетка Сабрины и мать Офелии дружили с детства. Но в любом случае список прегрешений Офелии у Сабрины куда длиннее, чем у него. А Рейфел хотел знать об Офелии все, прежде чем начать кампанию по ее перевоспитанию. Оставалось надеяться, что Сабрина не замедлит с ответом.
Они провели еще один долгий день в пути, покинув Дарем и углубившись в Нортамберленд. До убежища деда оставалось не так уж далеко. Они уже приехали бы, но погода оставалась плохой, и лошади не могли быстро скакать по раскисшей дороге.
Рейфел попросил Эсмеральду захватить корзину со съестным, чтобы не останавливаться на обед. Она и его покормила, хотя очень трудно было жевать, не снимая перчаток. Но он горько жалел, что не остановился в последней гостинице, мимо которой проезжал, хотя бы для того, чтобы согреться.
Чем дальше углублялись они на север, тем чаще встречались островки снега и тем безжалостнее становился ветер.
Других гостиниц не встретилось. Собственно говоря, он и не ждал чуда. Олдерс-Нест находился вдалеке от населенных мест. Наконец, к закату, он добрался до поместья. Из одной трубы шел дымок: очевидно, управитель дома сумеет развести в каминах огонь, который выгонит холод из его костей.
