Я действительно верил, что помог ей измениться к лучшему. Но она призналась, что все это было уловкой, притворством для того, чтобы поскорее освободиться от меня и вернуться домой.
– Ты в этом уверен?
– О чем ты?
– Может, она действительно изменилась. И может, неправда заключается именно в том, что она осталась прежней.
Глава 51
Очаровательна? Искренна? Готова нести ответственность за свои действия? Все это, скорее, присуще новой Офелии. Не той, прежней, с которой ему вновь пришлось столкнуться, когда она узнала о проклятом пари.
Неужели он единственный, кто видит в ней мегеру?
Но больше он не желает об этом думать. Необходимо серьезно поговорить с Офелией. Так или иначе, ей удалось полностью его одурачить. А Рейф устал оттого, что его постоянно дурачат. Но для того чтобы выяснить с ней отношения, нужно сначала вернуться в Лондон.
Офелия покинула Норфорд-Холл еще до того, как он проснулся. Покинула тайком, даже не собрав вещей. Последнее понятно: она боялась его разбудить и не хотела обсуждать то, что произошло между ними прошлой ночью.
А может, она…
Рейф вышел в холл, где лакей вручил ему записку Офелии, вселившую в него некоторую надежду: «Это не примирение, а всего лишь перемирие. Если действительно хочешь остаться со мной навсегда, сумей объяснить, почему из пустого каприза играл моей жизнью».
Неужели она не слышала того, что он пытался сказать? Или была слишком рассержена, чтобы слышать?
Он поклялся себе, что они все обсудят и потолкуют по душам, как только он вернется в город.
Приехав в Лондон, он сразу отправился в дом Ридов и разминулся с Офелией всего на полчаса. Дворецкий известил его, что она поехала на Бонд-стрит делать покупки. Нет, он не знает, какие именно магазины они собрались посетить. Милорду стоит подождать возвращения хозяек.
Дворецкий прав: крайне сомнительно, чтобы он смог найти ее на этой оживленной улице, да еще среди дня, когда там будет полно народа. Придется заезжать в каждый чертов магазин!
Рейф вопреки здравому смыслу все-таки вскочил в седло и поскакал на Бонд-стрит.
Офелия никогда еще не была такой рассеянной. И даже не прислушивалась к словам матери, которая тащила ее из одного магазина в другой. Когда приходилось решать, стоит ли купить ту или иную вещь, она ухитрялась пробормотать «да» или «нет», не сознавая, что именно говорит.
У нее будет ребенок. Больше невозможно это отрицать, тем более что ее тошнит от одного запаха любимой вареной рыбы.
