Наверное, это был все-таки Коротков, который сообщил, что дед Немчинов подтвердил слова внучки, поэтому и менять стратегию беседы нет смысла. Первые полчаса Костя бился над получением ответа на вопрос: откуда у юного Барсукова могли быть деньги для приобретения такой дорогой вещицы? Понятно, что купил он это кольцо не в магазине, вероятнее всего, с рук, поэтому цена была не такой высокой, как государственная, но все равно не копейки. Бриллиант почти каратный. Допросы родителей и друзей Барсукова ничего в этом плане не дали, им было неизвестно о том, что парень где бы то ни было подрабатывал и у него были какие-то иные источники дохода помимо стипендии.
Родители ему больших сумм не давали, но он, кстати, и не просил. В долг не брал, по крайней мере, выявить кредиторов пока не удалось. Так откуда деньги? Ответ напрашивался сам собой: мальчишку пытались прибрать к рукам или уже прибрали криминальные структуры. Ему давали какие-то задания и щедро платили за них.
Не исключено, между прочим, что платили не деньгами, а натурой, в частности, вот этим бриллиантовым колечком. Такая версия у Насти уже была, и теперь она находила свое подтверждение.
Ровно в одиннадцать тридцать в дверь постучали. Господин Соловьев явился для участия в процедуре опознания кольца.
– Нам придется прерваться, Валерия Геннадьевна, – сказал Ольшанский, пряча бланк протокола в папку. – Сейчас будет произведено опознание кольца, и в зависимости от результатов опознания мы с вами и будем продолжать беседу.
Проходите, пожалуйста, – обратился он к вошедшему и принялся звонить по телефону.
Через некоторое время в кабинете появились еще три человека. Двое из них были приглашенными понятыми, а третий положил на стол перед Ольшанским небольшую коробку. Константин Михайлович открыл сейф, и массивная дверца на несколько секунд почти полностью закрыла его от глаз присутствующих. Настя поняла, что он сейчас вкладывает в общую коробку кольцо, которое полчаса назад изъял у Леры.
Еще через пару минут пять колец с бриллиантами лежали на освобожденном от бумаг участке огромного письменного стола Ольшанского, а сам следователь скучным голосом произносил заученную наизусть формулу, объясняя присутствующим смысл происходящего и предупреждая об ответственности за дачу ложных показаний.
– Итак, Евгений Семенович, подойдите к столу и посмотрите на эти ювелирные изделия.