И, как она заметила накануне вечером, излучал жизненную энергию, словно его возбуждал сам факт присутствия в клубе. Контраст между двумя мужчинами, один из которых был старым и больным, а другой полным сил и здоровья, был столь разительным, что, когда Себастьян подошел ближе к ее отцу, Эви испытала инстинктивный порыв встать между ними. Ее муж напомнил ей хищника, готового наброситься на беззащитную жертву.
– Принеси ремень, дорогая, – распорядился он, снисходительно улыбаясь.
Эви подчинилась, освободив место у постели, которое он тут же занял.
– Следует точить бритву до и после употребления, – заметил Себастьян, проводя открытым лезвием взад-вперед по ремню.
– Мне она показалась достаточно острой, – возразила Эви.
– Бритва никогда не бывает слишком острой, дорогая. Нужно намазать все лицо, прежде чем приступать к бритью. Мыльная пена смягчает щетину. – Он подождал, пока она покроет мыльной пеной лицо отца, а затем отодвинул ее в сторону. С бритвой в руке он обратился к Дженнеру: – Можно приступать?
К ее изумлению, отец кивнул.
Похоже, он ничуть не возражал против услуг Себастьяна. Эви зашла с другой стороны кровати, чтобы лучше видеть.
– Предоставь бритве самой выполнять работу, – сказал Себастьян, – без всякого нажима. Брить нужно в направлении роста волосков, а не наоборот. И всегда держать лезвие перпендикулярно. Начинать нужно сбоку... постепенно переходя к щекам... вот так... – Не переставая говорить, он методично водил бритвой, сбривая седую поросль. – И почаще ополаскивай лезвие.
– Его длинные пальцы осторожно касались лица Дженнера, поворачивая его под нужным углом, натягивая кожу. Каждое движение было легким и точным, свидетельствуя о немалом опыте. Эви тряхнула головой, не в состоянии поверить, что видит виконта Сент-Винсента бреющим ее отца с ловкостью бывалого камердинера.
Закончив этот чисто мужской ритуал, Себастьян стер остатки мыльной пены с теперь уже гладкой кожи Дженнера.
Только на краю челюсти виднелся небольшой порез. Прижав к нему полотенце, Себастьян заметил:
– Мыло должно содержать больше глицерина.
Мой камердинер делает отличное мыло для бритья... Надо будет сказать ему, чтобы принес немного.
– Спасибо, – сказала Эви, ощущая, как в груди разливается теплое чувство.
Взгляд Себастьяна переместился на ее лицо, и то, что он увидел, казалось, заворожило его.
– Нужно сменить постель, – сказал он после небольшой паузы. – Я помогу.
Эви покачала головой, не желая, чтобы он видел истощенное тело ее отца.
