— Скверны он явно сожрал больше, чем вещей, — тяжело вздохнул я, вспоминая о потере. Ржа, да там один камзол стоил как сотня моих нынешних месячных содержаний!
— Ладно, оставь, сам уйдёт, — махнул рукой я, стараясь не выдавать своё беспокойство. Поскольку даже дети знают, цвирки не покидают территорию, пока не сожрут всё, что в состоянии съесть…
— Охренеть перспектива! — Ирина почему-то не обрадовалась. — Судя по тому, что жрет эта скотина вообще все подряд… Так, поднимай диван! Я не согласна скармливать инопланетным монстрам свое единственное жилье!
Эм, я что, мысленный канал не перекрыл? Ну, ржа…
Я осознавал, что, не имея в наличии специальных ловушек и устройств, цвирка, да еще и такого откормленного, мы вряд ли поймаем.
Но просьбу всё же выполнил, приподняв край «дивана» вместе с сидящей на нем хозяйкой.
Ох, да рассыпаться мне на металлическую стружку, что ж так тяжело? Неужели за эти дни… месяцы простоя я растерял большинство своих характеристик? Да быть не может… наверно, сказывается недостаток скверны в организме.
Нужно как можно скорее доказать девушке, что взять пару заданий нам необходимо буквально вот сейчас. Иначе с такими вот нагрузками мирно уйдём на перерождение уже через неделю.
Чуть облегчая мне работу, девушка спрыгнула с подозрительно трещащей мебели, и попыталась выгнать цвирка из убежища странной палкой с прибитой на конце поперечиной. Грызун пищал, метался, уворачивался, но, пользуясь тем, что Ирина сама его изрядно опасалась, сдаваться не собирался. Мы как полоумные, с дикими воплями (Ириниными) и матами (моими), попрыгали за ним по всей этой конуре, потому что, выскочив из-под окончательно треснувшего недоложа, гаденыш молниеносно шмыгнул под кухонную мебель, а затем под шкаф.
Который мы тут же чуть не опрокинули, так как оказалось, что стоял он лишь за счёт подложенных под один из углов книг.
— Ты его так не вытравишь, — констатировал я, когда участвовать в этом прыгающем цирке изрядно надоело, да и руки начали подозрительно подрагивать. Одеяло слетело окончательно, но я даже не пытался его вернуть — у нас тут снова «кровать» попыталась самоликвидироваться.
А спать на полу не хотелось совершенно. Потому — поднимаем, поддерживаем и подпихиваем, пока девушка руководит и с пыхтением пытается приладить там под днищем какие-то неведомые детали.
— Уффф… да ну его к черту, пусть жрет, — констатировала Ирина, падая рядом со мной на кое-как уравновешенное ложе. — Все равно тут из ценного только твои трусы и мои конспекты.