Но рядом с моим Мастером я не чувствовал себя опекаемым. Наоборот…
— А потому, никто не станет тебя ни в чем обвинять. Ты можешь просто вернуться домой. В клан, — слегка улыбнулась Мариэлла.
— Нет, — судорожно замотал я головой. — Мы с Мастером связаны намертво, она просто умрет без меня. Я… я могу показать заключение врача!
— Это устаревшие данные, — тетка покачала головой как-то даже слегка недоуменно. — Никто не знает, что произошло с ее душой после убийства дикаря, но рана на ауре затянулась, словно зарубцевалась, и даже начала восстанавливаться.
Медленная и мучительная смерть ей не грозит, даже если вашу связь разорвут. Более того, лекари готовы эту смеску на руках носить, лишь бы разобраться, так что… не пропадет она без тебя.
— Это… это как?! — ошалел я. — Разве это вообще возможно?! Это же…
— Да. Целители той клиники, где вы лечили ее после ранения в спину, сами до сих пор в шоке и жаждут ее обследовать, даже если им придется миллион кубов ей выплатить, — тётя резко приблизилась. — А ты ей больше ничего не должен.
Одно твое слово, и опеку переоформим в мгновение ока, а как отдохнёшь, вернём тебе полный набор прав. И ты сам выберешь себе в клане нового Мастера.
Я даже сглотнул от удивления… сам? Не поставят перед фактом, не привяжут насильно, а сам?
Это слегка выбивалось из картины мира.
— Хочешь сказать, что вернувшись, я смогу самостоятельно выбрать себе Мастера? — недоверчиво переспросил я.
— Да, ты знаешь, я держу слово, — четко кивнула Мариэлла.
Знаю. Держит.
Иногда даже во вред себе. Но всё это звучало уж слишком подозрительно. Не настолько я был ценен, чтобы предоставлять провинившемуся Оружию практически полную свободу действий. Тем более провинившемуся «недееспособному» Оружию.
— В чём подвох? — осмелев, спросил я. Ржа, непривычно задавать такие вопросы Мастеру, тем более старшему… но Ирина меня уже испортила. Хотя, это с какой стороны смотреть, конечно.
— Нет никакого подвоха, — досадливо мотнула головой тетка. — Есть только моя ответственность за тебя, как за иму… за члена клана.
Ты им все еще остаешься, потому что моя племянница и ее Броня сделали тебя своим единственным наследником.
— А… — я только и смог, что открыть рот, осмысливая информацию. А ещё сильно покоробила эта вроде небольшая оговорка. Имущество…
— Ты прав, я не самая сердобольная тётка, которая искренне печется за своего «племянника». Тем более, что хоть мы и вырастили тебя, но ты не наша кровь, скорее удачное вложение средств.