Она хотела познакомиться с ними поближе, поговорить с этой странной девушкой, которая ведет себя необычно.
“Почему она такая странная? Может быть, ее очень плохо воспитывают? Может быть, ее хозяин слишком добр к ней, что позволяет так себя вести? Интересно, как он ее наказывает?” – она поймала себя на мысли, что ее воображение начинает рисовать картину, как эта парочка занимается любовью.
“Нет, нет! Опять плохие мысли! Что со мной происходит? Я схожу с ума! Почему у меня, постоянно, крутятся запретные мысли в голове? Хозяин зря меня пожалел… Три дня без воспитания, я могу окончательно свихнуться.
”
Задумавшись, Диана, совершенно, забыла про увиденное парочку. И снова вспомнила про них, когда, через какое-то время, они быстро прошли по дорожке. Она снова не успела разглядеть их, потому что задумалась о них же. Эта парочка не давала ей покоя.
“Наверное, пошли купаться бассейн…” – она с грустью посмотрела в ту сторону, где при солнечном свете, она могла видеть иногда блики воды.
Она вспомнила, как Александр учил ее плавать и горько заплакала. Три дня без него – это настоящая пытка! Это самое худшее наказание, которое могло случиться с ней.
Ее дикая любовь к хозяину росла с каждой минутой и переполняла изнутри. Диану учили, что она должна любить своего хозяина, но она никогда не думала, что,реально, сможет так сильно полюбить! Этот человек полностью покорил ее сердце, она не понимала, что происходит с химией ее тела, но готова была ради него на все! И не потому, что ее так научили, а потому, что она его любила, как бога!
Новая реальность
Диана сидела, как обычно, около окна и всматривалась вдаль.
В голове метались различные мысли. Она постоянно вспоминала тех двух девушек, которые так смело вели себя с детьми Александра.
Она не могла интерпретировать их поведение, потому что никогда не видела ничего подобного.
Она вспоминала, как они смеялись, как играли, как смотрели на близнецов.
Внезапно, для себя самой, Диана поняла, что она им завидует. В глубине души, она тоже хотела быть такой же, как они. Сотни раз она ловила себя на мысли и останавливала их, чтобы не позволить им разрушить ее хрупкое представление о мире, которое итак уже во всю трещит по швам.
«Нет, нет, нет, нельзя думать об этом, я не должна так думать! Это греховные мысли.
