В игрушечном отделе наблюдалась какая-то суета и движение. Две девушки в голубой униформе сновали между полок и контейнеров, рассаживая игрушки поплотнее. Вот подошел к ним молодой человек в такой же голубой униформе с мегафоном, рядом с ним топал… Лола даже рассмеялась.
Рядом с ним семенил огромный игрушечный медведь, точно такой же, как на полке, то есть человек, одетый в костюм медведя.
– Внимание! Внимание! – заговорил молодой человек в мегафон так громко, что слышно было на улице. – Сегодня у нас беспрецедентное специальное предложение! Два игрушечных медведя Тедди по цене одного! То есть любому, кто купит медведя, предлагается скидка пятьдесят процентов.
Акция проводится только сегодня до шести вечера! Любой, кто купит медведя до шести, получит скидку пятьдесят процентов! Уникальная возможность! Специальное предложение! Беспрецедентные скидки!
– Елки-палки! – тихонько сказал Маркиз.
Было от чего расстроиться. Девицы в голубой униформе мигом расхватали всех медведей и рассадили их вокруг большого, «человеческого», если можно так выразиться.
Разумеется, порядок они перепутали. И теперь даже Лола не смогла бы определить, какой медведь с ценной начинкой. Вокруг медведей сразу же образовалась небольшая толпа, которая все прибывала, – люди падки на всяческие скидки и распродажи.
– Что делать? – тихонько спросила Лола, испуганно глядя на Леню.
Его нисколько не разжалобил ее смирный вид.
– Что делать? – гневно загремел он – в машине были плотно закрыты окна, так что можно было не опасаться, что кто-то его услышит.
– Ты еще спрашиваешь меня, что теперь делать? Откуда я знаю, что я – Чернышевский, что ли? Зато я очень хорошо знаю, кто виноват! Кто виноват, что мы теперь сидим в большой рваной галоше!
– Ну, знаешь! – Лола тоже повысила голос. По-твоему, я сделала это нарочно? Да у меня времени на размышления было всего несколько секунд! А вдруг бы они меня поймали, тогда капсула пропала бы безвозвратно. И я, между прочим, тоже, поскольку этот тип – точно самый настоящий убийца, он уже придушил того рыжего…
Лола представила, как она лежит в примерочной кабинке в той же позе, что труп рыжего, и это у нее на шее эта жуткая борозда от удушения… Ей стало очень нехорошо.
Но Маркиз не обратил ни малейшего внимания на то, что его подруга схватилась за сердце и задышала часто-часто, как рыба, выброшенная на берег. Он о чем-то напряженно раздумывал, потом достал из бардачка отличный цейссовский бинокль и уставился на презентацию.
