Она пыталась вступать в разговоры с жильцами своего дома, но они были по большей части люди очень занятые, дорожили временем и на контакты с консьержкой шли неохотно, особенно если она начинала беседу со слов: «Когда я была научным работником…»
В общем, Алла Валериевна Брюквина испытывала явный дефицит общения.
Этим утром она заступила на свой пост в обычное время, ровно в шесть часов.
Сначала в доме царила тишина. Потом начали выползать на прогулку несчастные владельцы собак. Зевая и потягиваясь, они проходили мимо консьержки, сонно кивая ей.
Прошел Василий Васильевич с четвертого этажа со своей огромной собакой Ксюшей породы мастино наполитано.
Ксюша тянула хозяина, как мощный буксир, и недовольно вертела огромной мордой в наморднике, своими размерами и формой напоминающем хоккейные ворота. Следом за ними проскочила Лика Крылова с шестого этажа с мальтийской болонкой Тиффани, потом худенькая девушка Ника из сорок восьмой квартиры с злобным доберманом Дракулой.
Постепенно поток собачников иссяк.
Следующими прошли несколько серьезных ответственных людей из государственных организаций, начинающих работать достаточно рано.
Сотрудники коммерческих фирм, бизнесмены и люди свободных профессий еще безмятежно спали и видели сны, и Алла Валериевна только было потянулась к новому детективу Кубанцевой, как перед ней возникла худенькая, чистенькая и совершенно незнакомая старушка.
– Вы к кому? – строго поинтересовалась консьержка.
– К Анне Капитоновне, – ответила старушка, испуганно моргнув выцветшими голубыми глазками.
– К какой Анне Капитоновне? – продолжила допрос бдительная Брюквина.
– К подруге моей, Анне Капитоновне Сеточкиной, из пятьдесят шестой квартиры, – послушно доложила дисциплинированная старушка, – она мне фотографии обещала…
– Это мне совершенно неинтересно! – фыркнула Алла Валериевна и потянулась к домофону.
Подлое устройство не работало.
Брюквина очень плохо относилась к современной технике, поскольку именно из-за нее прекратилась ее успешная научная деятельность.
Она всегда ждала от этой самой техники предательства и поэтому, когда домофон сломался, испытала легкое злорадство.
Однако сломанный домофон создавал неудобства в ее работе. Она окинула незнакомую старушку придирчивым взглядом, решила, что та не похожа ни на воровку-домушницу, ни на чеченскую террористку, и милостиво разрешила пройти к подруге из пятьдесят шестой квартиры."
"Затем Алла Валериевна сняла телефонную трубку и позвонила в фирму, обслуживающую домофоны.
