Осталось дождаться декабря, чтобы узнать о решении совета колледжа.
Они вернулись в Париж за два дня до начала занятий, что дало Доминике возможность встретиться и обменяться новостями с подругами. Многие провели лето в Штатах, но были и такие, кто отдыхал в Бретани и на юге Франции, в Испании, в Португалии и даже Италии.
Уже прошло две недели занятий в Лувре, когда ей позвонил директор будущего музея и поинтересовался, не передумала ли она занять должность хранителя.
— Разумеется, нет! — ответила Гаэль с энтузиазмом.
— Я думала, вы забыли обо мне или нашли кого-то другого.
— Вовсе нет. Просто весь персонал в июле — августе разъезжается на каникулы. Как насчет встречи? Например, завтра?
На следующий день, сразу после лекций, Гаэль отправилась в будущий музей. Там ее ждали архитектор, подрядчик, патронесса и спонсоры. После беседы, к удивлению Гаэль, ее спросили, где она жила во время войны.
— Здесь, во Франции, — ответила она спокойно, хотя похолодела от страха: вдруг до них дошли слухи о ее якобы предательстве.
Правда, тут же сообразила Гаэль, они не могли знать ее девичью фамилию, так что это невозможно.
— Я участвовала в Сопротивлении с сорок третьего года до конца оккупации, — неожиданно для себя выпалила Гаэль.
Ей показалось правильным все рассказать этим людям. Она заметила, как патронесса, приятная, энергичная, довольно молодая женщина, окинула ее одобрительным взглядом.
— Чем именно занимались? — спросил директор."
"Члены семьи были явно удивлены, но в то же время довольны своим выбором.
Эта женщина предана начатому делу.
— Спасала еврейских детей вместе с другими членами ОСИ: перевозила в безопасные места.
— Сколько вам самой тогда было дет?
— Девятнадцать. Мою близкую подругу депортировали вместе с семьей. Они пробыли пятнадцать месяцев в лагере для интернированных в Шамбаране, а потом погибли в Освенциме.
— Всю нашу семью — Штраус — уничтожили в Бухенвальде, поэтому музей будет носить это имя в память о погибших.
Похоже, Гаэль им понравилась, поскольку назавтра ей позвонили и предложили приступить к работе уже на следующей неделе.
Это означало, что придется оставить занятия в Лувре, но Гаэль не расстраивалась: на курсы она записалась только для того, чтобы как-то убить время. Конечно, жалованье предложили мизерное, но для нее это не важно: благодаря Роберту она может заниматься любимым делом, не беспокоясь о хлебе насущном.
Позже ей позвонила еще и патронесса и пригласила на ленч.
