Но вот король убрал руку и перетянул рану подготовленной лентой. Собственно, в этом не было и необходимости: рана затягивалась на глазах, благодаря магии. Но такова была традиция, нарушать которую никто не собирался. Тотчас раздался мощный бас одного из призраков:
– Что случилось внук? К чему этот призыв?
– Приветствую тебя, Леонард Длинные Руки. Пошатнулись основы королевской власти, дед. И виноваты в этом мой отец и я. Признаю свою вину и прошу помощи рода.
– И что вы натворили?
– Отец прижил бастарда от наследницы маркизата и теперь этот ублюдочный брат задумал отобрать у меня корону и трон!
Король ярился, говоря о проблемах, но ещё держал себя в руках.
– Ну, а ты в чём успел отметиться?
– А я усыновил его ребёнка, думая, что это – мой сын.
– А что ж вы не обратились к артефакту?
– Его скрыл мой отец. Кстати, где он? Это из-за него сейчас королевство находится в напряжённом ожидании. Это его бастард хочет сменить династию. И это его бастард подложил мне свою беременную любовницу, чтобы я принял его сына, как своего.
– А ты – невинная овечка, – саркастично усмехнулся дед, – не мог проверить ребёнка на кровь.
– Да даже мысли не возникло, что так можно поступить! Зверь и тот бережёт своё потомство, а этот – принёс сына в жертву своим замыслам.
– Ну, вот сейчас и проверим всех, – предвкушающе заключил Леонард.
В воздухе между тем проступил силуэт ещё одного призрака.
– Я не думал, сын, что дело зайдёт так далеко. Хотя моя сестра Камелия предупреждала меня. Но я не мог убить собственного ребёнка, сына.
Маркиза же воспитала из него врага королевства.
Призрак Леонарда подплыл к Регнару и попытался отвесить ему подзатыльник. Но именно попытался. Призрачная рука прошла сквозь призрачную голову без всяких последствий. Леонард с досадой выругался и сказал:
– Надо было сразу деторождение ограничить и завязать его только на законную жену. Это ж надо?! Так не суметь удержать яйца в штанах! Щенок!
И он ещё раз попытался шлёпнуть сына по затылку. И опять досадливо крякнул: ну, не материальны призраки и шлепки не получаются.
– Отец, – вступил Дамирен, – ты приказал скрыть артефакт и оставил моих детей без обряда. Что заставило тебя сделать это?
– Я должен признаться, сын. Я любил маркизу Оливию и любил сына Кервуда больше, чем законную жену и тебя. Прости. Но я не думал, что они станут врагами королевства. Оливия обещала ограничиться маркизатом. И мы договорились, что я не буду вмешиваться в её управление.
