Топчась в одиночестве на кухне, я взывал к тете Аните. Она вдохновляла меня в кулинарных трудах. Вскоре рядом возник еще один призрак – призрак Хелен Гэхаловуд. То ли вслух, то ли про себя, сам не знаю, я твердил ей наивную до невозможности фразу: “Хелен, я не хочу, чтобы ты умирала”. И, повинуясь ходу воспоминаний, заново пережил день, когда впервые ее встретил.
* * *Два года назад
2 июля 2008 года
Это случилось в самый разгар дела Гарри Квеберта. Следствие принимало скверный оборот. Мы с Гэхаловудом ездили допросить отца Нолы Келлерган, и беседа слегка вышла из-под контроля, в основном по моей вине.
Покинув дом преподобного Келлергана, мы с Перри бурно обменялись любезностями, после чего он пригласил меня к себе поужинать. Когда мы подъехали к его дому, я сказал:
– Надеюсь, ваша жена не будет против, что я вот так, без приглашения.
– Не волнуйтесь, писатель, у нее сильно развито чувство жалости.
– Спасибо, сержант, утешили.
Хелен Гэхаловуд только вернулась из супермаркета и, разбирая огромные хозяйственные сумки, пыталась уместить их содержимое в холодильник.
Перри объявил о моем приходе с присущей ему деликатностью:
– Прости, дорогая, что тебе придется ставить лишнюю тарелку, но я подобрал этого беднягу на улице. По-моему, он как две капли воды похож на уродца с обложки той книжки, что валяется у тебя на ночном столике, нет?
В ее потрясающей улыбке отразилась вся ее доброта. Она протянула мне руку:
– Как я рада наконец познакомиться с вами, Маркус! Мне так понравилась ваша книга! Вы правда ведете расследование вместе с Перри?
– Он мне не напарник, – сердито буркнул Перри.
– Просто любитель, навязался на мою голову и портит мне жизнь.
– Ваш муж потребовал возместить ему стоимость моей книжки, – пожаловался я Хелен.
– Не обращайте внимания, – ответила Хелен. – В душе он милый.
Я предложил помочь и вытащил из сумки овощи. Перри глядел на меня с насмешкой.
– Вот видишь, – сказал он жене, – вроде помогает, а на самом деле только бардак разводит.
Если б ты знала, сколько свиней он мне подложил в расследовании!
– Это означает, что вы способный, – обернулась ко мне Хелен.
– Видите, писатель, в ней опять говорит жалость.
– У Перри нет напарника, – продолжала Хелен. – Он на дух никого не переносит. Сколько коллег он водил домой за последние годы? Ни единого.
– Потому что мне хорошо в семейном кругу, – оправдался Перри, добыл из холодильника две банки пива и протянул одну мне.
