Имею я ли право заставлять ее страдать?
Когда мы с Гэхаловудом ушли из “Нэшнл энфем” и направились в гостиницу, был час ночи.
– Надо же, сержант, какие у вас танцы с адвокатом, – сказал я.
– Перестаньте сейчас же, писатель. Ничего чувственного тут не было в помине. Она хотела увести меня подальше от Лорен.
– Подальше от Лорен? Почему?
– Патрисия побеседовала с Эриком насчет Элинор Лоуэлл. Он вел себя странно, явно темнил. Как будто что-то не так.
– Что именно?
– Патрисия не могла сказать ничего конкретного.
Говорила, что это интуиция. Когда она стала спрашивать про его старую машину, он начал ерепениться. Утверждает, что продал ее, но доказательств продажи не осталось, продал за наличные.
– Вас это наводит на какие-то мысли, сержант?
– Не на мысли, на сомнения. Опять сомнения.
Мы с Гэхаловудом ехали в Салем, собирались опросить подруг Элинор Лоуэлл. Сидели молча, погруженные в раздумья, – нас тревожили откровения Патрисии Уайдсмит. Даже она начинала сомневаться в невиновности Эрика.
Глава 31
Сомнения
Салем, штат Массачусетс
Воскресенье, 25 июля 2010 года
Лорен с нами не поехала, повезла Эрика в Кеннебанк, на пляж их детства. Патрисия же условилась с Гэхаловудом, что, пока дети в отлучке, она конфиденциально расспросит Джанет и Марка Донованов об их сыне.
Когда мы пересекли границу Массачусетса, Гэхаловуд спросил:
– О чем задумались, писатель?
– Об Эрике Доноване, сержант.
– Гм… вот и я. Вся эта история сходится к нему. Похоже, он замешан во всем, при этом улик против него больше нет…
– Одно точно: он не покушался на Казински, потому что сидел в тюрьме.
За рулем той синей машины был кто-то другой. Эта машина связывает воедино Аляску, Элинор и Казински.
Любовник Элинор Лоуэлл – “мужчина в возрасте, готовый развестись с женой”, – со всей очевидностью был ключевым элементом этого пазла. Мы надеялись, что подруги Элинор дадут нам какие-то дополнительные подсказки насчет него.
– С кого начнем? – спросил Гэхаловуд.
Я достал список, который подготовила для нас мать Элинор и который мы до сих пор внимательно не изучили.
– Можно в том порядке, в каком их записала Мария Лоуэлл, – предложил я. – Первой идет Мелисса Уильямс, подруга детства. Они вместе учились. Потом Тиффани Паулсон, которая познакомилась с Элинор в психиатрической лечебнице, им тогда обеим было шестнадцать лет. Следующая – Брук Риццо, подруга, тоже модель, и…
– Это имя мне кажется знакомым, – перебил меня Гэхаловуд.
