Вместо этого собирался поесть в своей спальне, затем побриться и привести себя в порядок, после чего его ждало несколько встреч.
Руководить делами он думал из собственного кабинета на первом этаже, и я горячо одобрила его решение.
Мы мило позавтракали, после чего я как бы невзначай намекнула, что сопровождать меня на Бал Дебютанток ему не стоит. Доктор Грэхем еще вчера строго-настрого запретил, так что я поеду во дворец с Ричмондами и с ними же вернусь.
И нет, ему не нужно за меня беспокоиться! После того, что мы пережили прошлым вечером, никакие Ричмонды мне не страшны.
К тому же вряд ли на карету с ними нападут монстры. Мне кажется, даже они побрезгуют…
Произнеся это, я осеклась, но дед внезапно расхохотался. Его личный камердинер, дожидавшийся окончания завтрака, заулыбался – моя глупая шутка пришлась мужчинам по душе.
– Посмотрим, Кэрри! – отсмеявшись, произнес дед. – Ближе к вечеру станет ясно, как я буду себя чувствовать. Вполне возможно, мне все же удастся уломать Грэхема, и тот выпустит меня из дома, так что я смогу отправиться с тобой во дворец.
Но, судя по его бледному лицу и болезненному виду, я серьезно в этом сомневалась.
– Я же не все вам рассказала! – ахнула я. – Вчера в доме Виззманов мне посчастливилось познакомиться с принцессой Джорджинией и ее братом Густавом. Мы подружились, и они пообещали позвать меня в гости сегодня днем, как раз перед балом.
Но приглашения из дворца ранним утром еще не было. Зато Рэдфорд с недовольным лицом вручил мне очередное письмо от шантажиста.
Чуда за эти дни не произошло и грамотней писать тот не стал. С такими же чудовищными ошибками он напоминал о завтрашней встрече в торговых рядах центрального рынка и двух сотнях дукаров, которые я должна отдать цветочнице за некую известную только ему правду обо мне.
Внизу шла приписка о том, что ему очень сильно нужны деньги.
Вздохнув, я еще сильнее утвердилась в мысли, что несчастный ребенок попал в беду и пытается из нее выпутаться не совсем законным образом.
Поэтому я решила обязательно отправиться завтра в те цветочные ряды и посмотреть на шантажиста своими глазами.
Быть может, мне удастся ему помочь?
Наконец, после завтрака я попрощалась с дедом до обеда, пожелав тому успехов в делах. Осторожно спросила, как продвигается спор со страховой компанией и есть ли надежда на разрешение в его пользу.
Но, кажется, этот вопрос не пришелся деду по душе.
