Подними свои связи и выясни, кто этим вечером был в его доме по адресу на Гровербрук, 12.
Мрачный особняк лорда Кэмпбелла стоял на пути привычного следования его патруля. Нейтан проходил мимо него почти каждый день, но зло почувствовал только сегодня.
Причем сейчас, сидя в рабочем кабинете, он больше ни в чем не был уверен – слишком слабыми, словно размытыми дождем, оказались те вибрации и его ощущения. Даже опираясь на весь свой опыт, он так и не смог их классифицировать.
– Будет сделано, ваша светлость! – ничуть не удивившись просьбе, отозвался Альберт.
– И вот еще, будь добр, собери для меня сведения о состоянии дел Кэмпбелла. Насколько мне известно, он серьезно вложился в плантации тростника в наших колониях, а также в алмазные шахты в Гарвезе. Краем уха я слышал, что последние пару он лет испытывает определенные финансовые трудности. Возможно, это только слухи, но мне нужно знать наверняка.
Нейтан решил последовать примеру лорда Виззмана и взять старого Кэмпбелла и его дом в осаду по всем правилам войны.
А потом уже…
Дальше будет видно.
– Что-то еще, ваша светлость? – поинтересовался секретарь.
– Да, Альберт, будет кое-что еще. Завтра с утренним курьером отправишь цветы в дом лорда Кэмпбелла. Без карточки и без подписи. Я скажу, какие именно.
Если Нейтан не ошибался в своих подозрениях, то в доме поймут, что ему обо всем известно. Либо, если допустил досадный промах, приняв желаемое за действительное, – ну что же, тогда пусть букет от анонимного дарителя порадует незнакомку.
Сам же Нейтан утром собирался приставить к особняку на Гровербрук, 12 круглосуточное наблюдение – ему была интересна реакция проживавших под той крышей.
Особенно той девушки, которую он не мог выкинуть из головы. Неужели это она была тем самым злом, появление которого предсказали в Особом Отделе?
– Какие именно цветы, милорд? – с деловитым видом поинтересовался Альберт."
"– Букет из гиацинтов и ирисов.
Эти запахи, по туманным объяснениям магов, особенно не нравились порождениям зла. Как именно это выяснили в Особом Отдела и в чем была причина подобной нелюбви, Нейтан не знал, а в подробности его не посвящали.
– Будет сделано, милорд! Что-то еще?
Больше ничего не было – оставалось лишь допить чай под внимательным взглядом Альберта, после чего Нейтана ждали горячая ванна и постель.
День выдался длинным, а утренние встречи никто не отменял.
