Они ведь адресованы кому-то из окружения Ильшата? Могу поставить свою правую руку, они тоже сбросили все клятвы и готовят переворот. Кто мешает воспользоваться этими олухами? К тому же у нас тут есть его дочь, которая уже принесла тебе присягу верности. Понимаешь к чему я клоню?
Я её действительно отлично понимал. Кем бы ни был новый правитель башкир, он однозначно окажется слабее Илдуса. И уровень его поддержки среди местной элиты точно будет меньше. Что важно — даже максимально детализированная присяга оставляет простор для манёвра, если приказ не отдан лично.
Да и в этом случае, бывали формулировки, которые можно истолковать абсолютно по-разному. К тому же, далеко не факт, что башкирская верхушка принесла максимально жёсткий вариант клятвы.
В теории мы действительно могли рассчитывать на то, чтобы взять власть в свои руки. Конечно, если обстоятельства сложатся в нашу пользу. Вынудить одного из Владеющих принести клятву верности, после чего посадить его на «трон», тоже было можно. После чего ввязаться в борьбу за власть на землях Владыки Ильшата, пытаясь привести к ней Ралию.
Но и личная мотивация Арсы тоже была видна невооружённым глазом. Она опасалась мести Великих Мастеров своей Школы. Из-за чего была готова ввязаться в опасную авантюру, отталкиваясь лишь от предположений. И если в случае с башкирами, ошибка была не так критична — наших сил наверняка хватило бы, чтобы выбраться, то с Ильшатом ситуация была иной. В его окружении было намного больше сильных Владеющих. Крупная ошибка запросто могла привести к гибели.
Тем не менее, получись у нас всё и объединённые силы этих земель станут надёжным щитом от Школы Трёх Черепов. Которым, видимо и рассчитывала прикрыться женщина.
— Я с самого начала не скрывал своей цели. Она заключается в том, чтобы добраться до «Санкт-Петербурга». А не стоять за престолом владетеля, дёргая за ниточки и правя людьми.
Женщина усмехнулась, продемонстрировав изрядную долю скепсиса.
— Как ты себе это представляешь? Каждый охотник, живущий на чьих-то землях, имеет разрешение добывать зверя от своего господина.
Который в свою очередь подчиняется кому-то вышестоящему. Каждый торговец имеет пайцзу, дающую право прохода. Иначе его караван разграбит первый отряд, который окажется сильнее. Вдумайся, Коста — каждый человек, что идёт по этим землям, находится под чьей-то защитой. Даже бродяги, что побираются по деревням, получают специальные пайцзы.
Определённая логика в её словах имелась.
