В начале своего пути покушений на Сиэля было неимоверное количество, а среди слуг и помощников он замучился вычищать шпионов и заговорщиков, подкупленных противниками, которые саботировали его работу. Даже сохранять нейтралитет оказалось непосильной задачей."
"Мнительность и подозрительность герцога возросла настолько, что он приспособился выполнять всю работу самостоятельно, доверяя лишь очень узкому кругу лиц. Но даже так не справлялся, несмотря на все усилия. Нужны были деньги, но брать их у императора он не хотел.
Оставалось лишь жениться по расчету, с чем Сиэлю пришлось считаться. Вот только выбор невесты был ограничен. Влиятельные семьи уже принадлежали одной из фракций, что автоматически могло стать бременем и роду Клоше. Оставался граф Лемар, которому удалось выстоять даже во время битвы за трон и сохранить свою нейтральную позицию. Однако граф категорически отказывался отдавать свою дочь за разоренного и практически опального герцога.
Именно тогда на горизонте и появился хозяин торговой гильдии Максим Гарро, который ввиду своего происхождения не мог быть причастным ни к одной фракции.
Торговца заботил лишь титул герцога, и в сложившейся ситуации для Сиэля подобный расклад был наиболее выгодным. Он рисковал лишь своим именем, получая куда больше выгоды от этого брака, потому, после недолгих раздумий, согласился на мезальянс, от которого его матушка едва не слегка с сердцем. Но даже она была вынуждена смириться, не желая рисковать и своим сыном в политической игре, как то было с уже покойным супругом.
Благодаря приданному Арии дела герцога заметно улучшились, но привычка все контролировать, патологически боясь предательства, мужчина с головой погрузился в работу даже тогда, когда все долги были перекрыты, а финансы герцогства перешли в плюс.
Герцог отвык доверять чужим, полагаясь на тех, с кем вырос и кого любил. Но, как показала жизнь, даже дорогие люди предают…
В этой новой реальности Сиэль многое пересмотрел в своей жизни, понимая, что, прячась до конца жизни, это не поможет избежать рисков и предательства.
Из-за своей трусости он упустил куда более важное: не стал счастливым сам и сделал несчастной свою же жену.
– К… Как так?! – завопил Жак и резко поднялся, но от переутомления быстро потерял равновесие и бухнулся обратно в свое кресло. – Ваша Светлость, вы в своем уме?
– Не уверен, – прохрипел Сиэль, вспоминая вчерашний день.
