Отец очень болен!»
Тревога нарастает с бешеной скоростью. И почему мое гребенное шестое чувство никогда меня не подводит? Набираю телефон матери. Она тут же берет трубку.
— Что с отцом?! — поднимаюсь с места. Инка смотрит на меня недоумевающим взглядом. Она не часто слышит, как я кричу. За последние четыре года я научился скрывать свои настоящие эмоции, надевая нужные мне маски. Ухожу в спальню, закрывая за собой двери.
— Здравствуй, Данил.
— Что с отцом?! — настаиваю я. Она прекрасно знает, что я не буду с ней любезничать, тем более сейчас.
— Он болен.
— Это я уже понял! Что с ним?
— Все очень серьезно, ты должен приехать…"
"— Если ты сейчас же не скажешь что с ним, я позвоню ему сам!
— Хорошо, хорошо! — уже кричит она. У него рак. Рак кости. Уже давно. Он скрывал от нас. Ты же его знаешь. Только когда вчера ему стало плохо, он все нам рассказал. Данил. Он не хочет лечиться, понимаешь? Я надеялась, что ты сможешь его уговорить. Нас он не слушает. Твердит свое, — каждое ее слово вонзает новую иглу в мое тело.
Я падаю в ступор. Что она несет?! Какой еще рак? Мой отец — врач. Он не мог этого скрывать. Дышу глубоко, осознание приходит постепенно. Он мог. Он каждый день видит боль родственников тяжелобольных людей.
— Я сейчас же позвоню ему. Где он?
— Закрылся в своем кабинете. Не хочет никого слушать. На тебя наша последняя надежда. Пожалуйста, уговори его на лечение. Я прошу тебя, Даниил. Не поддавайся его словам, — она все тараторит, и тараторит, просит меня, умоляет, плачет. Сбрасываю звонок.
Набираю номер отца. Пока слушаю гудки, во мне одна за другой меняются эмоции. Боль, отчаяние, злость на отца за то, что молчал, за то, что не хочет лечиться. Ладно они, я могу понять почему он им ничего не сказал. Но он мог позвонить мне.
— Алло, Данил? — слышу довольно бодрый голос отца. В голове мелькает мысль, о том, что мать меня обманула. Но я гоню ее. Она могла сказать мне все что угодно, но врать про здоровье отца не посмела бы.
— Пап, привет. Как ты? — настороженно спрашиваю я, прислушиваясь к каждому его вздоху.
— Все хорошо, Данил. Разве у меня может быть по-другому? — довольно убедительно отвечает он. Может мать, как всегда, преувеличивает и не все так плохо как ей кажется?
— Пап, звонила мама и сказала, что ты немного не в форме.
— Я так и знал, что ты не просто так звонишь. Ты же не общаешься с ней, так какого черта ты сейчас взял трубку?! — раздражено кидает мне отец.
— Пап, это правда? Она не преувеличивает?
— Конечно, преувеличивает.
