Держу палец на курке и ужасно, панически, боюсь, что палец дрогнет из-за трясущихся рук. Я не хочу его убивать. Я просто хочу, чтобы он меня отпустил. Не хочу его видеть. Не хочу чувствовать его холодный запах, не хочу на него смотреть и слышать его голос. Потому что боюсь сорваться. Податься ему. В это момент я понимаю, что уже не принадлежу сама себе. Я полностью его. И если он сейчас начнет со мной разговаривать, прикасаться ко мне, я снова сдамся. Но я и так уже на дне этой утопии. Куда ниже?
Дан молчит, тяжело дышит, смотрит мне в глаза.
Если час назад они горели ненавистью и презрением ко мне, то сейчас все изменилось. В его глазах напряжение и где-то на дне немного, самая малость, раскаяния. Но слишком поздно. Мне уже ничего от него не нужно. Меня нет. Нас НЕТ! И не было. Никогда! Мы вместе были только в моей голове. Дан медленно, осторожно тянется к моим губам, от чего пистолет еще сильнее вдавливается в его грудь. Он целует меня. Молча целует. Я не отвечаю, просто чувствую.
Да, я хочу его почувствовать. Зачем? Хочу просто запомнить и сохранить его последний поцелуй в своей памяти. Нет, я его не убью. Я убью нас. Наши недолгие отношения. Мы не можем быть вместе. Я больше не могу рисовать в своей голове то, чего нет. По щекам катятся слезы. Медленно, беззвучно. Я даже не ощущаю, что я плачу. Слезы текут сами по себе. Я оплакиваю свою любовь. Дан собирает их губами, прислоняется к моему лбу. Закрывает глаза.
— Убей меня, — тихо, хрипло просит он.
— Просто нажми на этот чертов курок.
— Ты хочешь умереть? — почти в губы спрашиваю я."
"— Да. Ты меня не простишь. Я вижу это по твоим глазам. Так что просто убей меня. Потому что я больше не способен любить в нормальном смысле этого слова, — я пытаюсь вдуматься в его слова. Понять их смысл. Но в голове, как и в душе, опустошение. Что бы он сейчас не сказал — каждое его слово отдает пустотой. Медленно разжимаю занемевшие пальцы, щелкаю предохранителем назад. Отпускаю оружие.
Пистолет летит к моим ногам.
— Мне… — начинает он. Останавливается, подбирает слова. — Я был не прав. Чертовски не прав. Меня накрыло с головой. Я могу сказать тебе тысячу раз «прости». Но этого будет мало. Ничтожно мало. Дай мне шанс. Один шанс.
— Что? О чем ты говоришь? — не понимаю я. Откуда эти перемены? Какие шансы? Зачем ему какие-то отношения со мной?
— Алексей мне все объяснил. Он действительно твой принц, — горько усмехается.
