Отрываюсь от ее сладких губ, она уже не сопротивляется. Сама льнет ко мне, впивается ногтями в мою шею, заставляя содрогаться от этих болезненно-сладких ощущений. Быстрыми, отрывистыми поцелуями прохожусь по нежной коже ее шеи, чувствуя, как бешено бьется ее пульс.
КсенияСхожу с ума в полном смысле этого слова. Я сдаюсь, проигрываю в его руках. В голове крутится только одно его слово. МОЯ. Да, я хочу быть его, хотя бы сегодня, сейчас. Быть его. Не важно, кем. Самое главное — его. Срываюсь, разбиваюсь вдребезги от его напора, страсти, натиска.
Впиваюсь ногтями в его шею, тяну на себя. Отзываюсь стоном на его хаотичные, порывистые поцелуи на шее, оголенном плече. Глубоко вдыхаю его неповторимый холодный запах. Дан не церемонится, быстро снимает мое платье через голову, оставляя меня в одних трусиках и босоножках. Выгибаюсь навстречу его сильным рукам.
— Хочу тебя, — рычит он. Запускает руку в мои волосы, сжимает, заставляя смотреть в его стальные глаза, в которых плещется обещание чего-то дикого и безумного.
— Как же сильно я тебя хочу, — повторяет он, подхватывает мою ногу под коленку. Закидывает ее себе на пояс, удерживая рукой. — Ты — ведьма! — практически задыхаясь, прямо в губы, кусая их. — Что ты со мной делаешь?! — укус, втягивает губу. — Ты сводишь меня с ума! — еще укус, который он тут же зализывает. А я уже не могу себя контролировать. Как будто я это совсем не я, а кто-то другой, незнакомый мне. Закидываю вторую ногу, тяну его на себя, немного съезжая к нему, извиваюсь, трусь об его твердый, возбужденный член.
Я на грани, над пропастью, в которую хочу упасть. Но сама не могу. Я жду, когда он меня туда толкнет. И я безумно этого хочу. Дан продолжает насиловать мой рот жадными поцелуями, лишая воздуха, заставляя дышать им.
ДанС трудом отрываюсь от ее сладких губ, тяну за волосы, смотрю в затуманенные от страсти, нереально зеленые глаза. И, мать вашу! Как она красива в этот момент! Слегка, совсем невесомо, поглаживаю нежно розовый сосок, и получаю ее сладкий стон.
Наклоняюсь, накрываю губами ее грудь, втягиваю, слегка кусаю сладкую вершинку.
— Вкусная. Какая же ты вкусная, Дюймовочка, — шепчу ей прямо в нежную кожу на груди, хочу немедленно ворваться в нее. В паху болезненно ноет. И одновременно хочу оттянуть удовольствие, насладится ею сполна. Может, тогда я перестану так дико ее хотеть. Сделаю с ней все что хочу, и нахрен выкину эту сучку из головы."
"Чуть отстраняюсь, запускаю между нами руки.
