Пока официант расставлял приборы для того, чтобы после принести завтрак, который они чудом умудрились заказать, Ева успела трижды передумать не ступать на этот путь настолько далеко. Невинная и простая с виду игра могла привести её к тому, что она станет размышлять об Адаме ещё больше и чаще. Хотя, казалось бы, куда уж больше и чаще? Но и как иначе разузнать о нём что-то ещё, не знала. Адам обладал одним очень интересным качеством — едва Еве начинало казаться, что она успела составить о нём определённое мнение, как он делал всё, чтобы изменить его настолько кардинально, что ей оставалось только растерянно хлопать глазами.
— А мне очень понравилось… меняться с тобой ролями, — призналась Ева, сдерживая улыбку. И пока перед ней не очутилось первое заказанное блюдо, и пока Адам не успел отреагировать на её двусмысленную фразу, начала:
— Большие?
— Груди.
— Сладкое?
— Пирожное.
— Кошка?
— Дикая.
— Чувство?
— Надёжное.
— Маска?
— Венеция.
— Любовь?
— Неизведанное.
— Ребёнок?
— Жизнь.
— Зависимость?
— Слабость.
То, что Адам ответил на первый вопрос «груди», поначалу ввело её в состояние ступора, но Ева быстро взяла себя в руки. И чем больше произносила слов, которые первыми приходили ей в голову, тем непонятнее становилось у неё на душе. Левандовский никогда не любил? Вряд ли. Не может же такой мужчина, как он, ни разу не испытывать этого пьянящего чувства? А впрочем, о чём это она? До встречи с ним Ева не любила тоже — это становилось всё более кристально ясным с каждой минутой, что они проводили вместе.
А что значил его последний ответ? Зависимостей ведь могло быть много. От чужого мнения, например. Или тех, что являются пагубной привычкой. От них и вправду нужно было избавляться, как от того, что ослабляет. А если эта зависимость связана с любимым человеком? Если он — словно наркотик, попробовав который единожды, уже не можешь от него отказаться?
Ева едва заметно покачала головой. Теперь у неё появились дополнительные поводы чаще думать о мужчине, сидящем напротив.
О её муже, о котором, как оказалось, она не знала ровным счётом ничего.
Когда наступил её черёд отвечать, она сделала глоток капуччино, и стоило только Адаму задать первый вопрос, как Ева поняла, отчего так сложно выдавать первое, что приходит в голову.
— Цель?
— Близкая."
"— Верность?
— Обоюдная.
— Песня?
— Громкая.
— Крик?
— Отчаяния.
— Снег?
— Рождество.
— Надежда?
— Будущее.
— Деньги?
— Решение.
— Детство?
— Светлое.
