Мне кажется, это было уже чем-то привычным – такие вот задержки герцога по работе и поздние одинокие ужины. А так как наготовлено всё было с запасом, мне хватило наесться досыта, и ещё осталось порядочно еды. Может, лорд Корбед иногда приглашал кого-то из друзей или коллег на такой вот поздний ужин, и матушка Риада готовила в расчёте на подобных визитёров? Наверное, так и было, и вот сегодня таким визитёром оказалась я.
Наконец на столе оказалось сладкое, а на моей тарелке – несколько крохотных корзиночек из теста с фруктами и такого же размера шариков с кремом.
Себе же дракон взял по штучке того и другого и больше внимания на два больших блюда с лакомством не обращал – ел фрукты.
Съев корзиночки и один шарик, я оглядела пяток шариков, оставшихся на тарелке, потом несколько десятков их же на блюде и робко подала голос:
– А можно мне ещё вот этих, кругленьких?
Дракон даже взгляд на меня не поднял, нарезая грушу, но десяток кругляшков перелетели на мою тарелку. Отлично. Раз на моей тарелке – значит, моё, могу делать что хочу! Поэтому я взяла салфетку и стала перекладывать на неё вкусняшки.
– Настолько любите профитроли? – послышался насмешливый голос. Подняв глаза от своего занятия, я обнаружила на себе пристальный взгляд дракона.
– Вы же прекрасно понимаете, кому я их беру, – не прерывая своего занятия, пожала я плечами.
– Думаете, тарталетки Луки и Силли не понравятся? – дракон поднял брови.
– Думаю, что я не донесу их в салфетке, не раздавив в кашу.
– Возьмите вместе с блюдом, – и оба блюда с пирожными оказались передо мной.
– И поешьте сами, здесь достаточно и вам, и детям.
– А вы? – на всякий случай решила уточнить, перекладывая профитроли – вот как они, оказывается, называются, – обратно на блюдо. Просто третьей руки для узелка у меня не было, а в кармане раздавятся.
– Я к сладкому равнодушен. Ешьте.
А я что? Я стала есть. Тут и правда было много, а я-то, в отличие от дракона, к сладкому была далеко не равнодушна, просто обычно старалась для младших приберечь. Но тут нам всем троим хватит досыта наесться.
– Кстати, о детях, – заговорил мой работодатель, дождавшись, когда я наемся, наконец, непривычной вкуснятины, и сыто отвалюсь от стола, задумчиво глядя на вазу с фруктами, размышляя, что из там находящегося всё же поместится в мой набитый живот, что – в карман, а что можно было бы пристроить на частично опустевшие блюда с пирожными. Вряд ли дракон пожалеет для моих младших пару груш или персиков, если щедро отдал им кучу сладостей.
