– Для меня – да, – голос императора. – И это только лишний раз подтверждает то, что я и так, к своему величайшему сожалению, уже понял.
– И что именно? – в голосе моего дракона послышалось любопытство.
– Что вырастил подлеца и мерзавца, – и тяжёлый вздох.
– Отец! – обиженно-возмущённое.
– Что «отец»?! – и вот тут прежде тихий и спокойный голос императора прогремел не хуже, чем недавно у лорда Корбеда. – Скажешь, я не прав? И то, как ты манипулируешь окружающими, пользуясь своим происхождением – неправда? И то, как подставляешь под наказание тех своих однокурсников, кто отказался лебезить перед тобой – тоже?
– Они проявляли неуважение к венценосной особе! – в запале выкрикнул Кэмэнор.
– С каких это пор ты стал венценосной особой? – презрительно хмыкнул мой дракон. – Ты – лишь запасной вариант, и короны тебе не видать, поскольку его высочество, принц Элиральдон уже обзавёлся не только двумя крылатыми сыновьями, но и таким же внуком, да и сам в ближайшие столетия умирать не собирается, в не ближайшие – тоже.
И с чего вдруг у тебя такое высокое о себе мнение – не понимаю.
– Я принц! Я – сын императора! Я дракон, в конце концов.
– Насколько я знаю из предоставленных мне документов, именно драконов ты подставлял с особым удовольствием, – снова голос императора.
– Не надо было издеваться надо мной, пока я крылья не обрёл! – голос принца почти перешёл в визг. – Я говорил, что отомщу, вот теперь и узнают, каково это – когда тебя наказывают без вины! Так им и надо! Так и надо! Я их всех ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!
– Дэр, облей-ка его ещё раз, – услышала я голос императора, потом раздался плеск воды, и истеривший принц резко заткнулся.
Ну, ничего себе, это что же за псих императорский сынок?
– А теперь стой и слушай меня, – голос императора звучал холодно. – Если ещё раз закатишь истерику, обливанием не отделаешься, отправишься на конюшню, где тебя выпорют, как ты собирался поступить с…
– Мисс Лиор, – сухо уронил мой дракон.
– С мисс Лиор, – повторил император.
– Меня нельзя пороть! Я принц! – взвился… собственно, принц.
– Молчать! – и какой-то грохот. Не выдержав, я попыталась расстегнуть ближайшую к моей голове пуговицу, и, к моему удивлению, пальцы герцога мне помогли.
Осторожно раздвинув ткань, я выглянула в щёлочку и увидела прямо перед своим носом стол, раза в два больше, чем у синего.
