Когда он станет открывать, краска обдаст его с ног до головы. Надо только предупредить профессора, чтобы сам он не дотрагивался до замка.
— А кто это сделает? — Полковник задумчиво обвел нас взглядом. — Приглашать Маркуля сюда — легкомысленно, идти к нему тоже рискованно. А что, если мы позовем на помощь товарища журналиста?
— Об этом нечего и говорить! — воскликнул Ванадзинь.
Я почувствовал, как загорелись мои уши. Нашел удобный случай выставить меня посмешищем!.. Но последующие слова его доказали только, что у страха глаза велики.
— Крум видел его в моем кабинете! А я по–прежнему считаю, что мы не должны сбрасывать Крума со счетов.
— С той поры, как изобрели телефон, такие проблемы перестали существовать. — Козлов снова показал, сколь велика роль опыта. — Я представляю себе завтрашний день примерно так: профессор велит своей секретарше вызвать такси, чтобы поехать в сберкассу. Возьмет большой портфель и сядет в машину. В ней уже будет подготовленный нами портфель, а за рулем, на всякий случай — Силинь.
В сберкассе профессор заполнит чек; надо надеяться, что у него на книжке осталось хоть что–то. Оттуда направится прямиком на экспериментальный завод и оставит наш портфель в условленном месте. Нам понадобится лишь предварительно изучить местность — где и как лучше всего поставить ловушку.
— Если не ошибаюсь, там всегда многолюдно, — наконец–то и я смог блеснуть информированностью: недавно я был на заводе по заданию редакции. — У ворот остановка троллейбуса и стоянка такси.
— Элегантно! — обрадовался Козлов.
— Значит, наши машины никому не бросятся в глаза. Если разрешите, товарищ полковник, я съезжу, когда там кончится первая смена, а потом доложу вам.
Полковник Дрейманис разрешил. Участники оперативного совещания поспешно распрощались. У всех троих было еще много дел, и только я вдруг почувствовал себя никому не нужным, словно выпавшим из коллектива.
Дома меня ожидал сюрприз: ключ не входил в замок, и я понял, что в квартире кто–то есть. Мысль о взломщиках я сразу же отбросил: скорее уж Силинь вернулся с похорон и решил в очередной раз подшутить.
Неделя, проведенная в милиции, настолько испортила меня, что вариант с женой мне даже не пришел в голову.
Дверь открыл внук. За время отсутствия он похудел, но загорел и, кажется, подрос.
— Ты хоть жив, — прохладно проговорила жена и не подставила губы для обычного приветственного поцелуя."
"Следственный опыт, приобретенный мной за последние дни, на сей раз пригодился.
