— Наталья Степановна, извините меня, пожалуйста. Я, наверное, много времени у вас отняла.
— Ничего страшного. До вечера, Даша.
После разговора ей стало легче. Почему так происходит? Порой мы не желаем видеть близких и дорогих нам людей, а практически незнакомому человеку готовы открыться, рассказать о самом сокровенном, дорогом, наболевшем? Ирония? Парадокс?
Даша посмотрела на часы. Почти три. Андрея долго не было. Он, уходя, проворчал что-то по поводу чрезмерно дотошливых врачей. Наверное, проходит анализы. Это хорошо.
Им обоим пора выздоравливать.
Если бы Даша по-прежнему не чувствовала боли внизу живота, то рассмеялась бы. Хороши же они, ничего не скажешь! Да ещё стоит вспомнить Димку, он ведь тоже находиться в клинике.
Даша задумчиво вертела в руках телефон. А потом в записной книжке нашла знакомый номер и нажала на вызов.
В отличие от нее, ответили сразу.
— Дашка, это ты?!
— Я, Дима….
— Какого черта?! — начал было он, но потом, видимо, успокоился и постарался говорить более спокойным тоном.
От его былой уравновешенности не осталось и следа. — Даша, извини, прости меня, пожалуйста. Просто я с ума схожу от беспокойства. Мне никто ничего не говорит о твоем самочувствии. Я названиваю Загорнову битый час, но его телефон упорно молчит. Куда все запропастились? Неужели так трудно набрать номер и сказать пару слов?
— Ты меня это спрашиваешь или кого?
— Даша, не сердись, конечно, не тебя. Прости ещё раз, что я выплеснул на тебя эмоции. Я…, - он не договор, на некоторое время замолчал.
Ему было трудно говорить. Он бы предпочел сейчас находиться рядом с женой, но врачи даже не разрешали ему подниматься с кровати. Он проклинал свою беспомощность. — Ты же знаешь, я, порой бываю несдержанным. Где ты сейчас находишься? В клинике?
— Да. Я позвонила тебе…, - она тоже не договорила, не знала, как продолжить.
Дима всегда был догадливым.
— Я знаю, что произошло. С Андреем мне удалось поговорить ночью. Я очень сожалею…. Правда.
— Господи, Коршунов, когда ты перестанешь добавлять к своей речи эти пресловутые «честно» и «правда»? Пойми, я верю тебе и без них! Мне не нужно постоянно подтверждать свои слова! Я в этом не нуждаюсь.
— Ты единственная кто вспомнила, что я тоже могу о тебе волноваться.
— Теперь мне уже лучше.
— Я на это очень сильно надеялся….
— Правда, лучше. Думаю, что на днях выпишут. Не хочу и не могу находиться в больнице.
Дмитрий усмехнулся.
— Думаешь, мне доставляет удовольствие валяться на больничной койке? Ни сколько.
